Анна Гаврилова - Уши не трогать!

– Орис, нам нужно поговорить с Лёлей. Немедленно. Возможно, она знает, как повлияла на ход истории. Мы должны все исправить!

После такого заявления просунуть руку между прутьев и прицелиться оказалось сложновато. Но я справилась.

Совесть, оскорбленная таким поведением, объявила мне бойкот. Я не расстроилась.

К черту эльфов. Да здравствует человек!

Я уже увидела седую макушку Шердома, уже завела руку для броска, как изображение дрогнуло и пошло рябью. Доля секунды, и поверхность заволокло черным мерцающим туманом. Я искренне хотела испугаться и заорать, но меня опередили – душераздирающий лошадиный крик едва не оглушил.

Сквозь туман в каморку мага влетел всадник. Он изо всех сил тянул поводья, только это спасло от неминуемого удара о стену. Ошалевшая лошадь поднялась на дыбы, передние копыта замолотили по полкам, забитым свитками и склянками. К отчаянному ржанию добавился звук бьющегося стекла, комнату заволокло вонючим дымом.

Мама дорогая!

Я все-таки заорала. Точнее, завизжала.

Бедный всадник, которому и до этого приходилось туго, повернул голову и свалился-таки. Зато когда он поднялся, на пол рухнула я.

– Вариэль?! Ты как здесь очутился?! – В текущей ситуации вопрос показался не только важным, но и умным.

Офигевший эльф ткнул пальцем в мерцающую черную пелену, попытался что-то сказать, но не смог. Зато я смогла.

– Вариэль, зайчик, вытащи меня отсюда!

Не предполагала, что глаза эльфа могут стать еще больше, ан нет…

– Вытащи меня! – проорала я.

Аккурат в этот момент Вариэлева кобыла перестала ржать, так что моя маленькая просьба, мягко говоря, прогремела.

Блондин окончательно припух, но подскочил к клетке и вцепился в прутья.

– Блин, у нас что, соревнование в тупости? – прорычала я.

– А? – переспросил сероглазый и без видимых усилий разогнул прутья.

Дыра получилась очень внушительной. Я начала протискиваться в нее раньше, чем осознала произошедшее.

– Бери лошадь и валим! – скомандовала я.

Блондин снова завис на несколько секунд, после пулей метнулся к своему транспортному средству и схватил под уздцы.

– А куда? – крикнул он.

Теперь уже я бесцеремонно тыкала в мерцающую тьму, ничуть не думая о том, что богу смерти такое отношение может и не понравиться.

– А если засосет? – в ужасе воскликнул Вариэль.

– Я его тогда сама засосу!

Эльф не понял, но поверил – моя угроза страшней.

Едва лошадь сообразила, что ей предлагают снова окунуться в черный туман, превратилась в ослицу. Уперлась всеми копытами и даже на задние ноги припала. Вариэль честно тянул, я нервно прыгала рядом, умоляла.

– Бросим ее! – предложил эльф.

– Нельзя! Тогда станет ясно, кто меня вытащил. И все, привет.

После этих слов блондин запыхтел еще громче, но лошадь оказалась куда неподатливей стальных прутьев.

Черт! Ну и что, спрашивается, с этой трусихой делать?

…Сделала прежде, чем подумала. Такое бывает, в экстремальных ситуациях.

Бросив эльфу злобное «осторожно!», подлетела к стеллажу, который только что крушила гривастая, и подхватила единственную уцелевшую склянку. Одним движением вырвала пробку и выплеснула содержимое пузырька. Прицельно. Под хвост.

Лошадь заверещала – да, они не только ржать умеют – и рванула прямиком в туман, волоча за собой Вариэля. Недолго думая, а вернее – не думая вообще, я прыгнула следом.

И где-то далеко, на грани сознания, прозвучал убитый голос Шердома:

– Лёля сбежала. Нам конец.

Вывалившись из черного тумана, я едва не схлопотала копытом в лоб. С одной стороны – сама виновата, нечего подходить к лошади сзади, с другой… ощущение того, что кобыла била прицельно, было не просто сильным, а почти материальным.

– Где мы? – отодвигаясь от буйного животного, выдохнула я.

Вариэль мой вопрос проигнорировал, всеми силами пытался успокоить лошадь. Так как круп животного выглядел вполне нормально и копыта стучали очень живо, я сделала вывод – ничего страшного не произошло. Мысль о том, что в склянке могла оказаться едкая кислота, пришла с сильным запозданием и тут же выветрилась. Место, куда привел полог бога смерти, занимало куда сильней.

Просторный подвал, освещенный тусклым синеватым светом. В дальнем углу – стол и составленные друг на друга стулья. Там же – узкая, не слишком приметная дверь. И все.

Я обернулась. Там, где пару секунд назад мерцала тьма, – обычная стена серого камня. Шершавая, чуть влажная.