Владимир Кучеренко - Возвращение Легенды

– Ой, чувствую, с этим у меня возникнут проблемы. Слишком мудрено.

– Тогда пока пропускай этот множитель. Тем более для большинства простейших заклинаний плетение не обязательно. Но имей в виду: присутствие в формуле узора многократно экономит ману или усиливает силу воздействия.

– Хорошо, буду совершенствоваться, – пообещал я.

– Правильно. Чтобы в ответственный момент не оказалось, что тебе не хватило всего одной или двух маргед.

– Маргед?

– Это единица измерения магии.

– И сколько в тебе помещается маргед?

– Много, но трудно точно сказать сколько. Информация о магическом потенциале хранится в глубинных слоях ауры. Туда могут проникнуть только магистры и архимаги.

– Остались вспомогательные слова. Это что?

– Многие непосвященные их и считают самим заклинанием. Однако ты уже знаешь, что это только пятая часть. Тут тоже все просто – есть слова, из них складываются предложения. Правильно сказанная фраза добавляет мощности.

– А как говорить, вслух или про себя?

– Без разницы. Голосом обычно пользуются для устрашающего эффекта на противника. Или в процессе обучения – чтобы преподаватель мог услышать неточности в произношении и поправить. Ведь для вспомогательных слов используется особый язык.

– Еще вопрос: кто придумывает узоры плетений и слова заклинаний?

– Никто. Достаточно того, что изначально передали нам боги. Темным – Шейла, светлым – Эвва, оркам – Рагнар.

– А людям и гномам?

– У людей много божков. В зависимости от того, кому поклоняются, тот и делится. А гномий бог Торн не дал своему народу магии, но зато научил, как с ней работать. Только коротышки способны внедрять ее в предметы.

– Артефакты, амулеты, заговоренные предметы тоже волшебное оружие?

– Да, да – это дело рук гномов.

– Прикольно. И все же интересно, можно ли самому придумать рисунок или слово?

– В этом нет необходимости.

– Почему же? Неужели все предусмотрено?

– Все.

– А как же драконы? Ведь лазурный, по сути, разрешил гному самому придумать слова, отпирающие врата.

– Магия чешуйчатых устроена иначе. Драконы умеют создавать временные и даже одноразовые заклинания. Да еще и с условием для активации. К тому же способны передавать волшебство через любое существо. Как они это делают – неведомо.

– Поразительно! Жаль, что мало об этом знаешь. Ну да фиг с ними, тогда расскажи об уровнях магов. И чем архимаги отличаются от тех, кто не «архи»? Ведь память любого эльфа позволяет запомнить все узоры и слова.

– Иерархия построена на умении быстро и правильно применять свои знания. Ведь не все же, знающие алфавит, способны писать книги и стихи? И не каждый, взявший в руку кисть, нарисует картину.

– Это да, согласен.

– Ну что, пойдем спать? А то скоро на экзамены отправляться, а мы еще не ложились.

– А стоит ли снова выходить на люди и тем самым давать повод Игрокам строить нам козни?

– Ну в нашей компании теперь же есть крутой перец, – усмехнулась сестренка. – И ты ведь утверждал, что распугал их.

– Не перевирай, я только предположил. А знаешь, действительно, чему быть, того не миновать. Если те голоса на самом деле принадлежат сверхсуществам, то им не составит никакого труда достать нас и в квартире.

– Полинка придет в восторг, если в процессе сражения снесем пару стен или забьем кладовку годовым запасом человеческого мяса.

– Убедила. Если что и случится – лучше пусть это произойдет на нейтральной территории. Тогда тем более нужно срочно поднатаскать меня.

– Не успеем, лучше отдохнуть. Все не так легко, как кажется. Лишь умаемся оба врагам на руку, – зазевала родственница.

– Ну, Цветусь, можно хотя бы несколько практических опытов? Всего парочку крохотусеньких заклинаньиц и примитивных узорчиков. Давай хотя бы попробуем? Я очень способный. Ну пожалуйста, – взмолился я. Мне, в отличие от нее, спать совершенно не хотелось.

– Хорошо. Только если не получится – уроку конец.

Дебютным моим номером стало заклинание левитации.

– Алул локотэ! – произнесла сестренка. Повинуясь ее воле, со стола тут же взлетел и повис в воздухе карандаш.

– Класс!

Через несколько секунд пишущая принадлежность приземлилась, вернее, пристолилась, а Цветаниэль повернула ко мне голову и скомандовала:

– Теперь ты!

– Хм, легко! – хмыкнул я. – Алул локоть э?!

Ничего.

«Ну же, лети, зараза!» – мысленно выругал я карандаш и снова приказал:

– Алул локоть э!

Деревянный поганец с графитовой начинкой издевательски пошатывался, но взлетать не желал.