Владимир Кучеренко - Возвращение Легенды

– Бургундское, нормандское, шампань или бордо? – вопросом на вопрос ответил я, переделав знаменитую песню.

Специалист по алкоголю оценил шутку, улыбнулся и по секрету шепнул:

– Сам не понимаю, зачем людям пудрить мозги об урожаях винограда различных лет в тех или иных провинциях. Ведь большинство не оценят разницу не только между благородным или порошковым вином, но даже не отличат белое от красного, а красное от розового.

– Наверное, для красоты, – предположила Цветаниэль.

– Вы правы, процессу дегустации присущ некий тайный ритуал, – согласился сомелье.

– Дегустации присуще явное желание побухать на халяву, – выдвинул свою версию гном.

– Навязываться не стану, если созреете, подзовите.

– Погодите, чего тянуть, – остановил я человека в униформе «Марселя». – Дайте нам для начала, на ваш профессиональный вкус, пару бутылочек действительно хорошего вина.

– Такого, чтобы стоило не дорого. А если дорого – то чтобы не было жалко за него платить деньги, – добавил Базирог.

– Хорошо, уточню у официанта, какие блюда вы заказали, и подберу что-нибудь соответствующее.

– Да-да, еда и выпивка должны сочетаться, – согласился гном.

Сомелье удалился.

Теона оценивающе огляделась:

– А ничего так – уютное местечко.

– Надеюсь, здешняя кухня не хуже окружающей обстановки, – дуэтом со своим желудком проурчал Базирог.

Цветаниэль вздохнула, подперла ладошками подбородок и произнесла:

– Только скучно просто так сидеть и ждать, пока приготовят ужин.

– Можем о чем-нибудь поговорить, – предложил я.

– Котик, на какую тему в таких случаях у вас принято общаться? – уточнила темная эльфийка.

– Да на любую, тетя Теоларинэ. Обсуждают погоду, политику, книги, все что угодно, – ответил за меня гном.

– Поняла. Погода – дрянь, холодная, политика – портит аппетит, а вот книги обсудить не против!

– А что – интересная мысль! – согласился я. – Только давай не тот лямур, что ты читаешь в последнее время.

– А какой «мур-мур», котик?

– Ну я давно хотел услышать мнение представителей внеземных цивилизаций – по сути даже инопланетян, коими вы являетесь, о нашей фантастике.

– Да мне почти все земные книги кажутся фантастикой, – улыбнулась Цветаниэль.

– Ну давай сузим круг до жанра фэнтези, с ушастыми, огнедышащими, зелеными, эльфами, низкорослыми и прочей знакомой тебе публикой. Верно ли наши писатели представляют вашу жизнь? Что похоже? В чем заблуждаются?

– Вообще впечатления разные. Одни миры поразительно смахивают на Пангею, другие – в корне отличаются. Большинство же болтается где-то посередине, – ответила светлая.

– Неудивительно, что приближенных к правде настолько мало, – усмехнулся «почти родоначальник земного фэнтези». – Уж если Толкин так сильно изменил первоисточник, что говорить об остальных? Правда, Джон намеренно подогнал мои рассказы под английского читателя того времени. Даже выдумал несуществующую расу – хоббитов.

– Так они все-таки выдумка?

– Не совсем, просто автор побрил, подстриг, увеличил конечности и уменьшил дома гномов Хоббайтеры, – пояснил Базирог.

– Что за Хоббайтера? Чем тамошние жители отличаются от тебя? Почему ты раньше о них не рассказывал? Какова особенность их построек? И зачем писатель так поступил? – засыпал я коротышку вопросами.

Базирог попытался «откопаться»:

– Джон переделал моих сородичей исключительно ради юных читателей. Ведь дети проще воспринимают босоногих героев-ровесников, нежели лохматых бородатых дедов. Хоббайтера – название вытянутой холмистой возвышенности. Обитают там обыкновенные гномы, которые славятся необычными архитектурными придумками. Именно жители этого кряжа первыми построили внутри выработанных взгорков дома-норы с круглыми окнами и…

– Со Средиземьем понятно. А что скажете о современных авторах? – поинтересовался я.

– Если в целом, то меня забавляет, когда несведущие в магии люди пытаются ее описать, – теребя салфетку, ответила сестренка. – Иногда такие нелепости придумывают – на голову не наденешь.

– Например?

– Приписывают светлым эльфам владение магией Хаоса. Это же чушь! Не способны мы высасывать из жертв ни магическую, ни жизненную энергию. Вот дроу – другое дело. Их «вампирский поцелуй» может совпасть с последним вздохом.

«Солнце, а ты так умеешь?» – посмотрел я на Теону.

«Частично».

«В смысле – не насмерть?»

«Нет, в смысле – не из жертв и не совсем энергию. Да ты же и сам не раз в этом убеждался», – загадочно намекнула моя пассия.