Александр Шорников - Тело сдал - тело принял

— Значит так за девятьсот и ещё двадцать домиков город готов уступить тебе парень закладные.

— Если я выкупаю закладные, то я могу распоряжаться этой землёй, всеми строениями и всем тем, что на ней растёт. — уточнил Никитин..

— Да так! — отрывисто бросил Фасу, по прежнему зло глядя на него.

— Договорились.

Никитин расстегнул верхний карман, вытащил десять небольших, но тяжёлых, мешочка в которых были заранее разложены по сто золотых монет и, вытащив из одного из них, двадцать монет передал ему требуемую сумму.

Фасу долго считал монеты, потом пробовал их на зуб, под конец он придрался, что золото не такой высокой пробы как их местное. После жаркого спора Никитин добавил ещё двадцать монет и, наконец, стал владельцем местной недвижимостью.

Чиновник с кислым видом, передал ему небольшой кожаный свиток с нацарапанными на нём письменами, сказал, что бы зашёл на днях к нему в канцелярию, что бы окончательно оформить сделку и, зло, поддав попавшийся ему под ноги небольшой камень, вышел вон, хлопнув ветхой калиткой.

— Ну что выгонять их? — поинтересовался Зонтер.

— Не надо. Пускай живут. — ответил ему Никитин.

Женщина удивлённо смотрела на него, потом посмотрела вслед уходящему представителю местной администрации.

— Ну, тогда смотри здесь, это самое всё твоё. — тысячник крякнул, немного потоптался рядом с ним и хлопнув по плечу удалился вместе со своими воинами.

— А Лиса ты молодец хорошо продёрнул, вон, как поскакал!. - крикнул он ему от калитки.

Десятники довольно заржали. Хлопнула калитка и он, остался вместе со своей нежданно негаданной частной собственностью.

— И чего это мне взбрело в голову, приобрести это хозяйство?. - подумал он, оглядывая своё приобретение. — Хотя, ладно!. Денег у меня достаточно, можно немного вложить и в недвижимость.

Женщина о чём-то его робко спросила, но он не понял о чём, тогда она немного запинаясь, перешла на торговый язык.

— Что молодой господин намерен делать со мной и моими детьми?.

Никитин неопределённо пожал плечами.

— Пока ничего, выгонять я тебя не буду, живите, как жили. Покажи мне, пожалуйста, этот дом и всё вокруг, ладно.

Лима кивнула ему головой, повернулась и пошла по направлению к дому. Дверь дома неожиданно распахнулась, и им навстречу выбежали дети. Две девочки погодки, самой старшей было где-то около десяти и мальчик лет пяти. Дети вцепились маме в юбку и стали её о чём-то расспрашивать. Мать коротко им отвечала, временами поглаживая детей по тёмным волосам. Девочки с любопытством смотрели на него, мальчик спрятался за мамину юбку и временами выглядывал из-за неё, после чего прятался обратно.

Женщина подхватила малыша на руки и открыла перед ним дверь. В просторном доме было чисто. Чисто и бедно. Никитин, снял свои сапоги и, дальше пошёл разутым, осматривая помещения.

Всего в доме, оказалось, пять комнат, в самой большой, где был большой каменный очаг, ютилось всё семейство, здесь же готовилась пища. Пол был устлан, уже успевшими сильно полинять шкурами.

Неожиданно его босую ногу кто-то больно укусил. Никитин от неожиданности вздрогнул и пригляделся. По вытертым шкурам резво бегало существо похожее на ящерицу обросшую мехом. Мальчик вырвался из рук матери и, спустившись на пол, быстро схватил эту ящерицу в руки, та довольно засвистела и длинным гибким языком стала облизывать ему щёки.

Малыш радостно засмеялся, потом он подбежал к Сергею и протянул ему ящерицу, о чем-то радостно говоря. Видимо хотел похвалиться своей зверушкой.

Никитин осторожно погладил создание по жёсткому меху, удостоился поощрительного облизывания шершавым языком и отправился дальше осматривать дом. В одной из комнат была кладовка для предметов домашнего обихода, в другой валялись соломенные и тряпичные куклы и другие нехитрые детские игрушки. Похоже, у детей здесь была комната для игр. Две другие комнаты были свободны, в одной из них стояла массивная деревянная кровать.

Наверху на чердаке сушились всевозможные травы и корнеплоды, когда они с хозяйкой поднялись на чердак, несколько быстрых серых теней устремились в спасительную темноту. Несколько секунд в углу шуршало и пищало, потом шум затих, женщина испуганно спряталась за ним. Когда шуршание затихло, она быстро отодвинулась от него.

— Извините господин, я с детства боюсь этих тварей, а их очень тяжело вывести.

Никитин кивнул, осмотрелся немного, механически отметив, что в некоторых местах сквозь крышу пробивались солнечные лучи. Не увидев ничего интересного, он стал спускаться по лестнице, спустившись, он подал женщине руку, что бы помочь ей спуститься, секунду помедлив, она протянула свою руку ему. Рука у женщины была небольшая, загоревшая красивой формы. С мозолями.