Александр Шорников - Тело сдал - тело принял

Прежде всего, он осмотрел её распухшую лодыжку. Подержал в руках, перелома вроде не было и резким рывком, вправил её на место. Женщина глухо вскрикнула, но кричать или браниться не стала, очевидно, подобные процедуры ей были знакомы. Никитин промыл водой раны амазонки, к счастью довольно неглубокие, вытащил из своей рубашки несколько листьев чайного дерева и несколько узких полос материи.

Женщина тем временем рукой отгоняла мух, которые слетелись на запах крови и старались сесть ей на рану. Сергей быстро наложил ей на рану листья чайного дерева и обвязал ей ногу чистой тряпкой. По её телу пробежала лёгкая дрожь, но она стойко вытерпела и эту процедуру.

Сергей также смазал соком чайного дерева лодыжку и, приложив чистую ткань к её ранам, перебинтовал ей бедро. Затем помог ей натянуть штаны.

— И что же мне теперь делать с тобой, дамочка? — соображал он, разглядывая женщину, она тоже исподволь его разглядывала, похоже, подобный вопрос занимал сейчас и её.

— Ну что с тобой делать?. Бросать тебя нельзя, придётся тащить тебя в твой лагерь. Надеюсь, что её сородичи на радостях не пустят меня на шашлык.

— Меня зовут Сажи — он ткнул себя в грудь.

Девица выдала не понятную ему фразу, из которой он только смог догадаться, что её зовут Оки.

В скором времени, вытащив обломок дротика из тела пантеры и отрубив ей хвост, иначе она не хотела уходить, они направились в глубь джунглей. Поддерживая свою спутницу, Никитин с тоской наблюдал как ориентир "палец" постепенно исчезает из виду, но иначе он поступить не мог. Бросить беспомощную женщину, одну в джунглях он не мог.

Шли они медленно, женщина одну руку закинула ему руку на плечо, а другой рукой опиралась на его посох. Так и шли, женщина временами указывала ему направление движения. К концу для её стала бить сильная лихорадка, а раны немного воспалились. Добрались до запрятанного в джунглях охотничьего домика и, она без сил рухнула на грубое ложе и тут же отрубилась. Дама даже не раскрыла глаза, когда он стаскивал с неё штаны и перевязывал раны.

Лоб женщины горел, температура приближалась к сорока градусам, несколько раз среди ночи ему приходилось поить её водой, в которую он растолок несколько листьев чайного дерева.

Крепкий организм охотницы превозмог инфекцию, жар несколько спал и через день, они продолжили свой путь. К вечеру они полностью измотанные пришли в деревню. Забавную такую деревню.

Здесь всем заправляли женщины. Здешние обычаи с точностью копировали те, что были у него в деревне, только женщины здесь были доминантами — охотниками и вождями, а мужчины как говорится, были хранителями очага.

Кстати, физически здешние женщины были крепче мужчин и частенько пользовались этим преимуществом. На этом фоне Никитин сильно выделялся среди здешних низкорослых мужчин, заставляя последних завистливо коситься в его сторону. Надо сказать, что Сергей за это время успел накачать своё тело и уже он не выглядел тем тощим и тщедушным пареньком, как вначале, когда принял это тело.

С тех пор как он спас Оки прошла уже неделя, а племя всё ещё решало, отпускать его или нет. Обычно женщины не особенно церемонились с захваченными в плен мужчинами, но здесь был особый случай. Этот чужак спас их сестру и к тому же он оказался колдуном с невиданными в здешних краях волосами.

Вот здесь всё и застопорилось — убивать колдуна, да ещё по свидетельству местной колдуньи, очень сильного колдуна, о чём свидетельствовали его волосы, никто не хотел. Женщины верили, что убитый колдун будет мстить всему племени, да и что говорить, похоже, у местных дам, суеверий здесь было не меньше чем у него в деревне.

Он усмехнулся, вспомнив какой переполох он вызвал, войдя в хижины, предварительно не принеся мелкую жертву духу очага. Это сулило ему, по здешним верованиям, очень большие несчастья для него, но Никитин всё равно входил в хижину, так как ему хотелось, несчастий с ним не происходило, и постепенно все смирились с этим. Похоже, чужак был действительно сильным колдуном и местные духи не имели над ним власти.

Колдуны они все странные, да к тому же он был мужчиной, посмотреть только какие жуткие ритуалы он проводит каждое утро — так рассуждали все здешние женщины и мужчины.

Сергей слушал все эти разговоры с усмешкой, кто бы мог подумать, что его ежедневные занятия физкультурой здесь приравниваются к колдовской деятельности. Кроме того, его уже светлые волосы, здесь вызывали очень насторожённоё внимание. Некоторые женщины всеми правдами и неправдами даже старались похитить у него прядь волос. По здешним поверьям, таким образом, они могли его себе подчинить, но, судя по кислым лицам колдуньи и амазонок, на него все местные привороты не действовали, к их большому неудовольствию.