Александр Шорников - Тело сдал - тело принял

Ему сильно мешал болтающийся на плечах рюкзак, повиснув на веревке, он, упираясь ногами в трещинки между кирпичами, быстро стал спускаться вниз. Секунд через десять он уже стоял на земле.

Землянин несколько раз с силой резко подёргал за верёвку, налегая на неё всем своим весом, но клин не хотел выходить и Сергей совсем уже собрался оставить верёвку на стене, как вдруг тот вылетел из трещины и с коротким металлическим звоном ударился о камень.

Никитин поудобнее устроил топор под мышкой, схватил валявшийся рядом с ним посох и уже на бегу начал наматывать на руку верёвку. Он уже почти добежал до входа в проход, когда на стене замелькали тёмные силуэты, и ночь прорезали тусклые огни факелов. Стражники, наконец, залезли на стену и стали лихорадочно оглядываться в поисках демона.

Ему в лицо с силой бил поток воздуха. Землянин быстро нырнул в проход, вслед ему со стены, летела ругань стражников на своего незадачливого товарища, которые не обнаружили нигде никакого демона.

Метров через двести, этот извилистый, проход закончился, и он увидел тёмные силуэты деревьев, которые вдалеке сливались в сплошную чёрную полосу.

Неподалёку от дороги тлели угли костра, и стояло несколько повозок, из которых доносился храп. Часового нигде не было.

— Ну и безалаберная здесь публика — подумал на бегу Никитин, стараясь подальше уйти от этих людей.

Он бежал мягким шагом, стараясь не шуметь и придерживая одной рукой болтающийся за плечами рюкзак. Несмотря на немного хлюпающую в сапогах воду и боль в груди, его охватывала радость оттого, что он, наконец, вырвался из этого негостеприимного города.

Лес раскрыл перед ним свои объятья, и высокие кроны зашумели над его головой, как бы аплодируя его побегу. Сергей, не останавливаясь, и покуда хватило сил, бежал дальше, как можно дальше от этого страшного города.

До цели ему ещё оставалось километров пятьсот.

*****

Первосвященник был в дикой ярости, когда его спозаранку вытащили из постели с наложницами. Ещё больше усилило его гнев известие о том, что жертве непонятно каким образом удалось бежать. Такого за всю многовековую историю города ещё не было!.

Ещё через час прибежал молодой жрец, с очумевшим лицом и известием — что в воде около родника и вокруг него в сточных канавах, было обнаружены тысячи трупиков священных пауков, тех самых которые охраняли покой города.

Первосвященник тут же распорядился никого не допускать к источнику и в спешном порядке погнал младших жрецов, что бы те убрали тела священных пауков. Но эта мера запоздала и теперь, город бурлил на все лады, обсуждая это событие.

Ещё больше взбудоражил его жителей то, что тело священной жертвы так и не выставили на всеобщее обозрение. Юношу со светлыми волосами в городе, видело довольно много народу и подсунуть толпе, что бы, она успокоилась похожую жертву, было невозможно.

Неприятности сыпались на голову жрецов одно за другим, несмотря на то, что тела пауков были убраны из окрестностей источника, масса трупиков всё равно попала в канавы для нечистот, вызывая ужас горожан.

Жрецам пришлось в этот нелёгкий день побыть и в роле ассенизаторов лазая по вонючим каналам и вылавливать тела злосчастных пауков, проклиная вонь и первосвященника.

В довершении всех этих забот, в тот же день некий жрец раскопал в стопке глиняных табличек, древнее пророчество, где описывалось подобное событие, после чего городу грозили большие бедствия. Умника жреца выпороли розгами, а горожанам объявили, что отважные паучки пали, так сказать на поле брани, изгоняя из городе демона. Впрочем, этому никто кроме самых легковерных и фанатичных никто не поверил.

— Вот они о наместник Куту!.

Дюжие жрецы приволокли и бросили перед ним на колени троих искалеченных людей, которые, как он знал, иногда доделывали за пауков их работу. Четвёртый был очень плох и лежал при смерти.

Выслушав их путаные объяснения, первосвященник помрачнел. Один из них которому этот демон отхватил обе руки, клялся, что это действительно демон. Тряся своими обрубками, тот кричал, что только демон может выжить, после такого удара копьём который он ему нанес.

Первосвященник взмахом руки отослал их прочь, и впал в мрачную задумчивость.

— А может быть это действительно демон?. - закралась в мозг трусливая мысль. — Уж очень спокойно и независимо, этот парень держался тогда перед ним. Надо проверить!.

Взмахом руки он подозвал к себе, одного из сидящих на корточках у стены жреца с золотым медальоном, и что-то коротко сказал ему. Тот, молча, кивнул головой и исчез.