Александр Шорников - Тело сдал - тело принял

Десять лет назад после землетрясения море, за один день вдруг отступило от города километров на десять и, несмотря на молитвы жрецов, так и не вернулось обратно, остатки портовых сооружений до сих пор всё еще были хорошо различимы на окраине города.

Кроме того, сейчас в связи с эпидемией через город не шли караваны купцов по Малому Тракту, которые шли дальше в города Шестиградья или в земли зеленокожих горо.

Купцы, проходящие по Малому Тракту, платили городу пошлину за проход и останавливались на пару дней в специальных зонах, наподобие той, где остановился Никитин с остальными караванщиками. Они были созданы, что бы оградить чужеземцев от более тесного общения с почитателями Куту.

Практически вся центральная улица представляла собой длинные стены, с редкими окнами тянущиеся иногда по километру и более. Там за оградой купцам всегда были рады — здесь находились склады товаров и заключались сделки. Закупив в таком месте, всё необходимое купцы могли спокойно двигаться дальше или возвращаться обратно.

Сейчас в городе было неспокойно, торговля шла плохо и, все угрюмо косились на еретиков-чужеземцев, считая, что это они виноваты во всём. На улицах было полно нищих, тон голосов, которых резко менялся от плаксиво просящего, когда они проходили рядом, до проклинающего, если они проходили мимо так ничего им не подав.

Никитин кривился от подобного рода зрелища, попрошайки здесь были настойчивы и агрессивны. Наёмникам даже как-то раз пришлось пустить в ход кулаки, что бы пробиться сквозь толпу нищих, которые, судя по их быстро бегающим, цепким глазам, занимались не только попрошайничеством. Кое у кого, под их лохмотьев вызывающе выглядывали рукоятки ножей. Так что всё время приходилось держаться настороже.

Вокруг их группы постоянно вертелось множество воришек, которые особенно, когда они пробирались в толпе, старались прижаться к ним поближе. Несколько раз наемники, громким криком предупреждали товарищей о том, что у них шарят по карманам.

Сергей с любопытством глядел вокруг, особенно его интересовали обитатели города. Ему было несколько странно видеть множество лиц вокруг с выражением вечного испуга на лице. Городские законы были довольно жестокими, за множество проступков несчастных могли принести в жертву богу-пауку или бросить в яму с более мелкими копиями их бога.

Землянин впервые встречал столь, если так можно выразится жёсткий социум. Особенно контрастно всё это выглядело после достаточно либеральных законов Шестиградья.

Женщины, выходящие в город были обязаны ходить в платьях до самых щиколоток. Все женщины одетые в серые одежды, обязательно прятали свои волосы, под серые платки, оставляя наружу только безучастно смотрящие на мир глаза. Они тихими незаметными тенями скользили по стенкам домов, им не дозволялось никакой другой одежды кроме этой. Всё это напоминало Сергею мусульманские страны востока.

Кутаться в красивую ткань и выставлять напоказ волосы, могли себе позволить только замужние женщины, но в любой момент их статус мог, резко поменяться и они могли пополнить собой эти серые безликие толпы.

Их группа остановилась около продавца лепёшек и стала торговаться с ним. Никитина такой товар не привлекал и он, пользуясь моментом, стал разглядывать окрестности, щуря глаза от яркого солнца. Взгляд скользил, по каким-то обезличенным, или может быть это солнце виновато, одно и двухэтажных строениях. Везде одна и та же серая или коричневая глина и шлейфы паутины. Совершенно отсутствовал белый цвет лишь мрачные чёрно-серо-коричневые тона, куда не взглянь. Лишь только эти цвета считались угодными Кутху, остальные были под негласным запретом.

За многие сотни лет всё это прочно въелось в плоть этого города. В суетящейся толпе тоже преобладали эти три цвета — черные халаты жрецов, коричневые горожан, серые шлейфы развевающейся везде паутины и серые балахоны женщин. Только зелень вносила некоторое разнообразие в эти мрачные тона.

Единственными высотными зданиями в этом городе, были зиккураты — логово бога-паука. Самый большой из них был расположен неподалёку от центральных ворот, там же была резиденция верховного жреца-правителя. Кроме этого центрального, высотой с десятиэтажный дом, в городе было ещё два десятка зиккуратов поменьше. Все эти зиккураты были построены давно, в период расцвета здешней империи, самый большой из них был построен, если судить по рассказам жрецов — тысячу лет назад.