Евгений Щепетнов - Слава. Наследник

«Этот вопрос неразрешим. Мы не смогли на него ответить, – после недолгого молчания сознался последний из Предтеч. – Ладно, мы еще успеем обсудить проблемы создания миров. Нужно вначале зарегистрировать тебя как демиурга, иначе… в любой момент я отброшу щупальца, и ты останешься на станции один, без сопровождения, и как чужеродный элемент будешь немедленно уничтожен».

«Ого! Да уж, давай ближе к делу! – забеспокоился Слава, и ему показалось, будто чьи-то глаза, не добрые, и не злые, всматриваются в его душу, просвечивая, как рентгеном. – Скажи, он нас слышит?»

«Он слышит и видит все, но реагирует только на прямой вопрос или же на какие-то действия, противоречащие его установкам. Если бы ты угрожал сейчас его структурам – выстрелил бы в стену или попытался ударить предметом, способным нанести вред, – тут же поплатился бы жизнью».

«Активируй, Ген! Мне не терпится ощутить себя демиургом! Как это – быть богом?»

«Узнаешь. Поначалу очень интересно, тебя распирает чувство своего всемогущества, а потом… потом привыкаешь, как к рутине. Но никогда тебя не оставляет чувство своей нужности. До тех пор, пока… не оставит. И тогда… тогда ты превращаешься в старого человека с отваливающимися щупальцами. Все, хватит болтовни! Рекрут-демиург, слушай команду последнего оператора станции Сар-оанг! Расслабься, не волнуйся… сейчас будет удар по сознанию… Спокойно! Тихо! Тихо, Слава! Это я, Гена! Стой! О Вселенная! Как ты силен! Никогда не думал, что в таком тщедушном теле могут таиться такие силы! Ох! Ты меня убьешь! Успокойся!»

Слава бился в захвате щупалец Гены. У него изо рта пошла пена, и по телу пробегали судороги. Он рвал щупальца Гены голыми руками, отрывая от них целые куски, а удары кулаков дробили костяные пластины «монстра», проламывая их, как картонные коробки. Это продолжалось секунд десять, но хватило на то, чтобы Предтече был нанесен вред, сравнимый с тем, как если бы человека порвал волк. Если бы волна судорог продлилась дольше, Слава, вероятно, мог бы изуродовать инопланетянина так, что тот умер бы на месте.

Открыв глаза, Слава посмотрел на свои покалеченные руки, все в своей и чужой крови, на ошметки плоти Гены, разбросанные вокруг, на раны «монстра» с той стороны, где он удерживал Славу, и с ужасом спросил:

«Что это было? Это я сделал? Ген, прости, я ничего не помню! Я не хотел причинять тебе вред, клянусь!»

«Ты не виноват. Это я, болван, не предупредил. Процесс активации, соединения с мегамозгом не проходит просто так. Я считал, что удержу тебя и ты не причинишь вреда себе и окружающим. Я счел тебя слабым настолько, что я смогу тебя блокировать, как ребенка. Спасибо тебе – хоть не убил. Хотя… еще минута, и мне пришел бы конец. И это голыми руками! Без оружия! Слава, я восхищен тобой. Ты действительно уникален. Ладно, снова к делу: теперь ты подключен к мегамозгу станции. Пока ты этого не ощущаешь, но это так. Ты можешь с ним разговаривать, давать указания. Все, что угодно. Только будь осторожен: информации столько, что ты можешь в ней захлебнуться. Мозг человека, если он не подготовлен, не выдержит такого потока. Ты должен ограничивать себя и контролировать свои мысли. Если ты хочешь что-то сделать, сосредоточься на этой, и именно этой команде или проблеме. Ничего стороннего, ничего отвлекающего. Иначе мегамозг подаст тебе информацию, которую ты подсознательно хотел узнать, и ты захлебнешься в ее потоке. Все, хватит, давай-ка пробовать. Представь что-то, что ты бы хотел увидеть».

«Подожди. Ген, я не сильно тебя повредил? Скажи: а почему станция не может восстановить твое тело?»

«Может. Не восстановить, а закрепить его так, чтобы оно медленнее разрушалось. Я могу протянуть вместо недель – годы. В разлагающемся теле, составленном из трупов съеденных мной разумных существ. Гигантском, непомерно раздувшемся, неспособном нормально передвигаться. Как ты думаешь, мне это надо?»

«М-да… я как-то не рассматривал проблему с этой стороны. А новое тело? В новое тело пойдешь? Ты подумал?»

«Да. Пойду. Мне стало интересно, что получилось из наших усилий. Прожить жизнь в новом теле, новую, непохожую на прежнюю, при этом помня о прежней, это интересно. Как только ты разберешься с командованием станцией – займись подходящим телом. Только поторопись – мы с тобой все разговариваем, а ты никак не пробуешь соединиться с мегамозгом. Я чувствую, что ты чего-то боишься. Чего? Расскажи мне о своих страхах. Я помогу тебе».

«Боюсь? Наверное, да. Боюсь раствориться в этой махине, стать ее придатком. Эти десять секунд, пока ты передавал мне… кое-что я помню. Кое-что. Я стал всем и – ничем. Меня просто не стало. Я не могу этого передать, но Славы там не было. Был гигантский разум, который впитал меня без остатка, а потом выплюнул, как будто попробовав на вкус. Вот что я ощутил».