Евгений Щепетнов - Слава. Наследник

Сильмара судорожно дернулась, потом заставила себя успокоиться и подумать. Через несколько секунд ее мозг очистился от одури, и она поняла – Купель. Это Купель! Та самая, в которой несколько лет лежали Слава и Лера. А кто сказал, что та же самая? Вопрос, конечно, интересный…

Сильмара сделала несколько плывущих движений и вздрогнула от боли – вокруг ее левой руки расплылось небольшое облачко крови, тут же растворившееся в опалесцирующей жидкости.

«Осторожнее. Не двигайся! Тебе нужно побыть тут по крайней мере сутки», – возник в голове женщины бесплотный голос.

«Кто говорит? Кто ты? – настороженно спросила Сильмара. – Как ты попал в мою голову?»

«Я Мать Роя Сеннан. Ты у меня в гостях».

«Каких таких гостях? – резко спросила Сильмара. – Ты захватила меня в плен! Ты убила всех моих друзей, моих подчиненных!»

«Да. Убила. Но тогда вы были врагами, а я не понимала сути людей. Я признаю свою ошибку. Она сейчас исправляется».

«Как? – горько спросила Сильмара. – Ты воскресишь убитых?»

«Нет. Я не умею воскрешать, – спокойно ответил бесцветный голос Матери. – Но мы остановили военные действия и ведем переговоры с Роем Шиннан. Мы компенсируем вам смерть ваших особей».

«Каким образом?» – Сильмара почувствовала, как ее сердце колотится, готовое выпрыгнуть из груди.

«Мы дадим вам наших бойцов, дадим бурамбаков, будем сотрудничать с Шиннан и с вами. Противостояние Роев закончено. Теперь мы вместе с вами будем бороться с властью зеленых. Теперь мы знаем, что вы не они. Вы как мы».

Наступило молчание, и Сильмара не находила, что сказать по этому поводу. С одной стороны – результат великолепный, а с другой – погибли ее люди.

«Хотя бы не зря погибли», – грустно подумала женщина.

«Твои люди погибли не зря, – ответила Мать на невысказанные мысли воительницы. – Да-да, я слышу все твои мысли. Ты лежишь в Купели, и скрыть от меня какие-либо мысли ты не сможешь. Я почерпнула из твоей головы много нужной информации и теперь буду действовать с учетом новых сведений. Сообщаю тебе: люди твоего Роя прибудут за тобой через несколько часов. Пока что отдыхай, набирайся сил, заживляй раны».

Мать Роя замолчала, оставив Сильмару в смятении и легком ужасе: что там Мать керкаров вытянула из ее воспоминаний? Как она поняла то, что увидела? Жизнь Сильмары совсем даже не была безоблачной и праведной…

Постепенно она погрузилась в сон или, вернее, во что-то сродни забытью, как будто упала в легкий обморок. Сколько так она пробыла, неизвестно, и проснулась только от голоса Матери:

«Очнись! За тобой прибыли твои люди! Поднимайся!»

Сильмара выплыла из тумана забвения и, делая движения ныряльщика, стала подниматься к поверхности Купели. До нее было около двух метров, и женщина даже слегка удивилась – эта Купель была гораздо глубже, чем Купель Роя Шиннун.

«Чем глубже Купель, тем лучше, – послышался голос Матери. – Это благотворно влияет на развитие личинок».

Сильмара непроизвольно ускорила движения, как бы стараясь поскорее избавиться от контроля мыслей в голове, а голос Матери с едва заметной усмешкой сказал:

«Так я слышу мысли всех, кто побывал в Купели. Не беспокойся – как только маточная жидкость Купели удалится из твоего организма, я не смогу тебя слышать… если ты этого не захочешь. Могу с удовольствием констатировать: я рада, что тебя не убила. Все получилось очень хорошо. Керкары не должны воевать друг с другом. Мы должны объединиться в борьбе с главным врагом, и сейчас у нас есть для этого все возможности. И ты нам поможешь. Удачи тебе, Сильмара. Знай, тебе всегда рады в этом Рое. А еще прости меня за то, что я убила твоих бойцов. Я в долгу перед тобой».

Сильмара молча поднялась на поверхность и в несколько гребков достигла берега Купели. Одним резким движением она выбросила свое тело на землю, и тут же ее легкие и желудок исторгли из себя потоки желтоватой, прозрачной опалесцирующей жидкости. Честно сказать, приятного в этом было мало. Все равно как вытошнило после бурной пирушки.

К ней уже спешили люди, а впереди всех Наташа. Хохоча и с визгом она вцепилась в подругу, стиснув ее с такой силой, что у обычного человека все ребра бы переломались.

Сильмара обняла Наташу, Антуга, улыбавшегося во весь рот, и в ее глазах предательски заблестели слезы. Она не плакала уже много-много лет. Даже забыла, как это делается, а сейчас едва удержалась, чтобы не разрыдаться. Потом справилась с собой – негоже стальной леди плакать на глазах у своих подчиненных и начальников, – затем, покачав головой, сказала Наташе: