Евгений Щепетнов - Слава. Наследник

Наташа отнеслась к рассказу довольно равнодушно. Было время, когда подобное веселье завело бы ее с первого толчка, как хороший автомобиль. Но теперь… теперь ее остужала эта дурная любовь к Славе, которая не позволяла ей распыляться на «заменителей». Впрочем, если было бы надо для дела… Но пока не надо, и слава богам.

Эндран каждый раз при встрече оказывал Наташе знаки внимания, но скорее ради спортивного интереса. При его деньгах и власти он мог иметь любую женщину, какую хотел. Его немного заедало, что вот именно эту женщину он и не поимел, и это подогревало его слегка угасший интерес к женскому полу. Больше всего Советника интересовали деньги и власть или власть и деньги. Что, впрочем, неразделимо и является синонимами в этом мире.

Советник с удовольствием осмотрел двух женщин с ног до головы, потом, как бы невзначай, поднял руку и указательным пальцем провел по левой груди Наташи, спускаясь от ключицы до соска, тут же затвердевшего, как горошина:

– Великолепное тело! Вообще, моя дорогая, то, что ты мне все время отказываешь, является знаком – значит, ты таишь какие-то черные мысли, раз не хочешь поделиться своим телом со мной! Как можно доверять человеку, с которым не лежал в постели? Мы с твоим мужем попробовали всех моих жен и секретарш – он силен в постели и откровенен в своих мыслях. А вот ты… Я что так тебе неприятен, гадок, что ты не можешь провести со мной пару часов… отличных часов, заверяю тебя.

– Опять за свое, – усмехнулась Наташа. – Может быть, когда-нибудь я с тобой и пересплю. Пока что не до того. Проблемы большие. Вот ради обсуждения этих проблем мы к тебе и прилетели. К вопросу нашего ритуального совокупления вернемся когда-нибудь позже, хорошо?

– Хорошо, – усмехнулся Советник. – Пойдемте за мной.

Он пошел вперед довольно быстро, не оглядываясь, идут ли за ним его спутницы. Пройдя через анфиладу комнат, напоминающих дворцовые, они оказались в огромной зале, укрытой куполом из бронепластика такой толщины, что он вполне мог бы выдержать таранный удар крупного флаера и даже не прогнуться. Но при этом был столь прозрачным, что казалось: над головой открытый воздух и бирюзовое небо. Яркое светило поливало лучами обнаженных мужчин и женщин, расположившихся в зале. Здесь были человек тридцать (пятеро принадлежали к свите Эндрана – его две жены и секретари), остальные – молодые, очень красивые мужчины и женщины, социальное положение которых выдавал синий огонек контроллера, вживленного в их мозг. Рабы.

Наташа внутренне содрогнулась, вспомнив, как ее украл корабль рабовладельцев и длительное время она провела в борделе для маньяков-убийц, где и оставила свое изуродованное тело, став в дальнейшем мозгом звездолета. Это лишь благодаря Славе она обрела нынешнее тело, и стоило оно сотню миллионов кредитов – выращенное из клетки ее мозга на планете Нитуль, планете гениальных модификаторов – здешних пластических хирургов.

К Эндрану тут же подбежали двое рабов и склонились в поклоне – молодые, очень симпатичные парень и девушка лет семнадцати от роду. Наташа посмотрела на их коленопреклоненные фигуры и поморщилась: рабство вызывало у нее стойкую ненависть. Как может один человек владеть другим? Почему? С какой стати? Эти вопросы никогда не находили ответа.

Парень и девушка не были землянами – совсем другой разрез глаз, слегка красноватая кожа, но они были действительно очень красивы, Эндран не преувеличил.

Советник оглянулся на Наташу и криво улыбнулся:

– Ну что, может, передумаешь? Они тебя возбудят, а потом… потом мы уже сами.

Наташе ужасно захотелось врезать Эндрану в пах так, чтобы он ползал перед ней, как червь, и стонал, и молил о пощаде. Мерзкая тварь! Она улыбнулась своим мыслям, а Советник принял это как знак благоволения и слегка приобнял ее за ягодицы, поглаживая гладкую кожу:

– Так что, поплаваем вместе, моя дорогая?

– К делу! – решительно заявила Наташа и шагнула вперед, ускользая от шаловливого пальца…

Эндран разочарованно вздохнул и, глядя вслед несостоявшейся «добыче», сунул палец в рот и демонстративно его облизал. Потом прошел мимо девушек и жестом пригласил их за собой в специальное помещение, укрытое от любых способов прослушки, отделанное драгоценным деревом.

Об этой комнате рассказывал Слава. Тут не было никакой электроники, Наташа и Сильмара оставили свои коммуникаторы у входа, сдав их молоденькой секретарше, вставшей на посту у дверей, как прекрасная статуя.