Майя Перцулиани - Война стихийного искусства (СИ)

- Что случилось? - со второй попытки смогла спросить Элиза, - Почему ты так выглядишь?

- Погодка… разбушевалась… - немного отстраненно произнесла я.

- Слушай, тебе нужно к врачу.

Калеб посмотрела на ранку у меня на лбу так, словно через нее открывался обширный вид на мой мозг.

- Ерунда. - отмахнулась я, - Мы лучше поедем домой.

- Да какой домой? - огрызнулась подруга. - Калеб, принеси аптечку. Ведь может быть заражение!

- У меня раз сто была такая фигня!

- Да хоть миллион! Я не поеду, пока ты не обработаешь рану.

Надувшись, я взглянула на Калеба. Он выглядел каким-то расстроенным.

- Давай аптечку. - обреченно выдохнула я.

- Этого лучше не делать на глазах у посетителей. Пошли в кабинет отца.

Он взял меня за руку и повел к неприметной двери в конце коридора.

Небольшой кабинет был слишком заставлен, так что нам с Калебом пришлось малость потесниться, пока он смог добраться до аптечки. После парочки неловких столкновений, я уселась на край стола, в то время как парень положил рядом со мной небольшую коробку, в которой был уже знакомый ассортимент. Я вскрылась пакет с ватными тампонами и смочила их перекисью водорода.

- Давай лучше я. - Калеб взял у меня из руки вату шагнул ближе, - Не шевелись.

Я так и сделала и даже не отдернулась, когда ватный тампон коснулся раны на лбу, вызвав далеко не самые приятные ощущения. Зашипев от жжения, вцепилась в столешницу со всей силы, так что заболели пальцы. Я почувствовала прохладный ветерок на месте жжения и подняла глаза на Калеба. Оказывается он дул на рану, продолжая легко ее касаться. Это вызвало у меня ироничную улыбку.

- Что? - насторожился Калеб.

- Да нет, просто… я сейчас чувствую себя пятилетней девочкой, которой мама обрабатывает содранные в кровь коленки.

- Значит, я похож на твою маму. - выдохнул Калеб.

В тоне его голоса не звучало и нотки сарказма или юмора.

- Что случилось, Калеб? - серьезно спросила я.

- Не шевели головой. - он обхватил мой подбородок пальцами, тем самым зафиксировав голову в нужном положении.

Я с силой сомкнула челюсть, чтобы не вспылить.

У Калеба была на удивление легкая рука, так что боли я практически уже не чувствовала. Он легко наклеил какой-то пластырь и с чувством выполненного долго закрыл аптечку. Моего пристального взгляда он старался избегать и самое главное, что я вообще не понимала из-за чего такая реакция. Сейчас он напоминал мне своего брата Криса. Отлично, теперь они оба меня ненавидят?

Я схватила Калеба за руку прежде, чем он ушел, чтобы убрать аптечку в шкаф.

- Что происходит Калеб?

Он не ответил, лишь посмотрел на мою руку обхватившую его запястье.

- И не надейся. Пока ты не объяснишь с чего такие перемены в настроении, ты от меня не отделаешься.

Калеб медленно выдохнул и положил аптечку обратно на стол, после чего посмотрел на меня.

- Это из-за Криса? - сделала предположение я, - неужели ты на меня зол из-за этого? Да, я на него наорала, да соглашусь, что порой перегибаю палку. Ладно я часто ее перегибаю, но из-за чего ты так зол, я этого понять не могу.

- Джес… - он снова попытался увильнуть, но на этот раз я соскочила со стола и перегородила ему путь.

Чтобы уйти, ему придется сначала попытаться обойти меня, что в этой тесноте достаточно проблематично. Калеб медленно выдохнул и глазами обвел помещение. Отвечать на мой вопрос ему явно не хотелось или это было слишком трудно для него.

- Девушка Криса. - тихо сказал он.

В этот момент во мне все сжалось, предчувствуя плохое.

- Она его не бросала, - Калеб посмотрел прямо на меня, - она погибла.

Ну вот. В этот момент во мне все перевернулось, в горле пересохло, а сердце предательски забилось громче.

Умеешь ты ляпнуть Джес.

- Но ты же сказал, что она его бросила…

Даже мой собственный голос показался мне чужим.

- Я это сказал, чтобы избежать дальнейших вопросов. - хмуро ответил он.

- Как это произошло?

- Таких к примеру.

- Ой… прости. Это явно не мое дело.

Калеб улыбнулся уголками губ и мельком посмотрел прямо на меня.

- Утонула год назад. Каталась на доске в шторм. Она погибла прямо у Криса на глазах.

Эти слова звучали подобно острому раскаленному клинку прямиком в голову. Я закрыла глаза и снова села на стол. Ноги стали словно ватными и были сейчас не способны держать меня. Кошки скребли на душе так, словно закапывали там свое дерьмо. Я даже не хотела себя оправдывать тем, что этого я никак не могла знать. Мой ядовитый язык не редко испоганивал другим людям жизнь и сейчас я действительно себя ненавижу за это. Почему моя сущность делает все так, чтобы окружающие люди меня ненавидели? Цель жизни?