Игорь Негатин - Право остаться

– И чем же он занимается? Открыл брачную контору?

– Нет. Он оказывает… хм… финансовые консультации!

– Чего? – вытаращился я.

– Вот и я тоже удивился. С какой такой стати этот парень, который в здешних делах ни черта не смыслит, вдруг озаботился таким сомнительным бизнесом? Ты ведь знаешь, как здесь не любят таких бездельников.

– Знаю, – кивнул я и задумался.

– Во-о-от… – протянул Брэдли.

– Чем же он привлек внимание властей, этот… делец?

– Корреспонденцией.

– Чем? Письмами?

– Именно письмами!

– Что с ними не так?

– Скажи, Талицкий, ты умеешь считать деньги?

– Надеюсь. Хотя и не всегда получается.

– Ну… нам грех жаловаться – русский советник щедро платит. Ладно, сейчас мы говорим о нашем подопечном. Так вот, Алекс, скажи на милость: зачем снимать контору из четырех комнат, если все дела, – Брэдли даже поморщился, – ты ведешь по почте?

– Может, у парня мания величия?

– Мания хороша, когда на это есть деньги!

– Они у него есть?

– Надо понимать, что не бедствует. За аренду платит вовремя, жалоб не поступало.

– Сотрудников у него много? – спросил я.

– Секретарша. Милая девушка, которая обожает лакричные леденцы и любовные романы. Да простит меня Господь Бог, но девчушка далека от совершенства. Это тебе не секретарша из мэрии Ривертауна!

Почтенную даму, которая служила в приемной мэра Ривертауна, сложно забыть. Это профессионал! Знала пять или шесть языков и держала в строгости весь штат. Серьезная женщина. Ее даже Брэдли побаивался. Я видел эту женщину всего два раза, но был очень впечатлен. Трехголовый Цербер по сравнению с ней – просто комнатная собачонка!

– Ты ее видел? Секретаршу.

– Ребята рассказали. Она такая… из породы вечных мечтательниц.

– Ну да! Есть прелесть какие глупенькие и ужас какие дуры.

– Можно сказать и так.

– Слушай, твои парни неплохо постарались.

– Они и на почту наведались… – протянул Марк и усмехнулся.

– Это уже интересно!

– Один из служителей почтового департамента шепнул, что мистер…

– Кротов.

– Да, Крьотофф… – Брэдли поморщился. – Черт побери, я понял, почему русские так часто ругаются!

– Почему же?

– Фамилии такие, что без бутылки бренди и не выговоришь, но ругательства, наоборот, звучат как песня! Мне Михалыч объяснял. Возьмем, к примеру…

– Можешь не повторять, я в курсе русской брани. Что с Кротовым?

– Он ведет переписку с Британией.

– Только с Британией?

– Не только. Часто получает письма из Форт-Росса, но сам туда не пишет.

– Кто ему присылает письма, не знаешь?

– Талицкий, не наглей! Ты хочешь узнать все сразу? Кто в таком случае будет работать?

– Мы.

– Мы – это звучит! – Марк посмотрел на меня и покачал головой. – Нет, адресата узнать не удалось. Эти почтовые клерки себе на уме, да и ребята не напирали. Поинтересовались для порядка, и всё.

– Все это прекрасно и очень интересно, – кивнул я, – но ты не сказал главного.

– Чего именно?

– Что так привлекло их внимание? Если ребята заинтересовались Кротовым, то уж точно не из-за большого офиса.

– Браво, Талицкий! Ты иногда начинаешь думать!

– Брэдли…

– Их настораживают некоторые посетители.

– Раздери тебя дьявол, Марк! Не тяни кота за все подробности!

– Подробности?

– Брэдли…

– Ладно, не нервничай, – он перестал усмехаться и посерьезнел, – это «часовщики»…

– Кто?!

– Да, Алекс, «часовщики». Вот теперь можешь начинать переживать и нервничать. Кстати, и свари нам кофе! Миссис Эртон, да простит ее Господь, просто ужасно его готовит.

Девиз детективного агентства Пола Брикмана: «Пока вы спите – мы работаем!» – сиял начищенными до зеркального блеска медными буквами. Они висели на стене, прямо над конторкой здешнего управляющего – мужчины с черными, напомаженными бриллиантином волосами. Он был худощав и очень скуласт. Крючковатый нос, хищные глаза… Если честно, то мне этот парень не понравился. Чем-то напоминал хорька или крысу. Щегольские усики только усиливали этот образ.

– Что вам угодно, господа? – спросил он, отрываясь от чтения какой-то бумаги.

– Ограбление вустерского экспресса…

– Простите?.. – Он, видимо, не понял.

– Сынок, отложи письма в сторону и посмотри на эту игрушку. – Брэдли выложил на конторку украшение, полученное от каюра.

– Хм… – Сыщик недовольно поморщился и убрал письмо в ящик письменного стола. Он долго вертел в руках этот несчастный браслет, потом ушел и вернулся с толстой папкой. Не прошло и пятнадцати минут, как он выудил из кучи бумаг знакомую нам листовку и взялся за ее изучение. Опять ушел и вернулся с толстой конторской книгой.