Сергей Чехин - Пламенные Сердца. Испытание Веры

Аскет быстрым шагом добрался до северной башни и спустился в подземелье. Стражники не смели заступать ему дорогу, даже не спрашивали, куда это он собрался. Остановившись на краю глубокого котлована, странник разглядел в полумраке пленников. Они стояли по щиколотки в нечистотах, и Наташа на самом деле жалась к Виктору, но лишь потому, что вокруг копошились лиходеи, больше похожие на оживших мертвецов.

Из ямы несло головокружительным зловонием, Андрей, часто бывавший в катакомбах и не раз зачищавший логова нежити, и то невольно сморщил нос.

Наемник заметил появление давнего знакомца и поднял голову. Выглядел он крайне паршиво — на лице живого места не осталось от синяков и ссадин, голый торс покрывала засохшая грязь. И тем не менее Виверна улыбался — ему еще повезло, что зубы уцелели.

— Рад, небось, — хрипло крикнул охотник. — Давно об этом мечтал?

— Умолкни, — сердито ответил аскет. — Лучше расскажи, что произошло в доме сотника.

— Так умолкнуть или рассказывать?

Андрей вздохнул и покачал головой:

— Я рад крепости твоего духа. Надеюсь, на плахе она не ослабнет.

— А чего зазря трепать языком? Тут, знаешь, особо не поговоришь. Только рот откроешь — туда будто навоза насыпают. И разве ты не веришь страже?

— Порой я не верю даже себе. Ответь, или выпутывайся сам.

Виктор вздохнул:

— Какая-то тварь напала на нас. Никогда не встречал такой прежде. Она вмиг вырубила охранников и проникла в дом. Я продержался подольше, но тоже не смог ни черта сделать.

— Что ты вообще забыл у Бондаря?

— Он нанял меня. Принесся в трактир, бледный как полотно, пообещал сотню золотых за охрану. Когда я спросил, почему он так боится, бородач что-то пробубнил про предупреждение аскета. Это ты его, что ли, так напугал?

— Лишь предупредил. Опиши существо во всех подробностях.

— С виду вроде человек — две руки, две ноги, одна голова. Хвоста, рогов и крыльев точно нет. Высокий, тощий, весь замотанный в черные бинты. Из одежды только кожаный турский плащ. Носит ржавую цепь в рукаве — ею всех и кончает. Умеет перемещаться с места на место — вот и все.

— Точно? Ничего не упустил.

Охотник пожал плечами и мотнул головой.

— Наташа, ничего не хочешь добавить?

Девушка дрожала и выпученными глазами незряче смотрела перед собой. Убийство мужа и последующие события так напугали ее, что попытки добиться внятного ответа не имели никакого смысла.

— Ах да, чуть не забыл — оно еще сквозь стены проходить умеет.

— Ничего пока неясно, но попробую вам помочь. Надеюсь успеть до утра — а то вряд ли суд затянется.

— Умеешь поддержать, — фыркнул Виверна.

— Поддержите себя молитвой. Это единственное, что вам осталось.

Бредя по забитой торговым людом улочке, аскет пытался собрать полученные сведенья в единое целое, дабы наконец понять, с чем имеет дело. С одной стороны, тварь проявляла все признаки неупокоенного духа — мгновенные скачки с места на место, прохождение сквозь стены, появления то там, то тут… С другой, призраки никого не душат цепями и уж тем более не отрезают головы. Они никак не могут взаимодействовать с веществом и двигать предметы, а только пугают, являются во снах и бередят слабые души.

Нечто в плаще скорее напоминало демона — коренного обитателя Той Стороны, каким-то образом прорвавшегося в мир смертных. Однако на кой ляд порождению Тьмы строить из себя народного мстителя? С каких это пор потусторонние твари ведомы пусть и совершенно извращенным, но все же чувством справедливости?

Подобное возможно лишь в том случае, когда демона кто-то призвал и целенаправленно раздает указы карать всех, кого считает виновными. Но кто он? Могущественный колдун? Искать чародея в оживленном городе на перекрестке можно годами, но все же аскет решил поспрашивать по трактирам, не остановился ли у них какой иноземный кудесник.

Как и ожидалось, в первых трех заведениях таковые постояльцы были, но давно съехали. А вот хозяин южного «Оазиса», тот самый Алу, обещавший скидку на все сорта пива, поведал весьма занимательную историю.

Стоило Андрею войти в просторный шатер из шкур, и он словно перенесся в самое сердце турской степи. Весь пол устилали бархатные подушки и мягкие тюфяки, на них полулежали закутанные в плащи и халаты смуглые купцы. Курили длинные трубки, постукивали костями и нардами, негромко переговаривались и не обращали на пришельца никакого внимания.

Зато две курчавые девушки в полупрозрачных шароварах и коротких жилетках тут же подскочили к гостю и наперебой защебетали на родном языке. Аскет неплохо знал турский, но попросту не успел пообщаться с южными красотками — из-за ширмы вышел усатый толстяк в расшитом золотом халате и велел разносчицам вернуться к работе.