Марина Ночина - Выбор неизбежен

Но, натренированный на демонах организм - где если не ты, то тебя! - действовал на рефлексах, и получалось то, что получалось. До определённого момента. Однажды моё терпение банально лопнуло, и я накатал жалобу, прокрался в кабинет Аркадия и отправил в самую высшую инстанцию. Не прошло и двух местных суток, как в Чистилище пожаловала проверка, после чего на двух ангелов и одного бездушного у нас стало меньше. Потом их вернули, но меня они теперь обходили по большой дуге и вообще старались со мной не пересекаться. От Аркадия и Зордона я получил выговор, но вели они себя со мной предельно... безразлично. Есть и есть, главное не болтается дерьмо под ногами.

Однако порой приходилось... А-а-а, да демон с ними! Надоели.

А вообще, есть у меня подозрения, что, безвременное отбытые в Столицу некого ангела, не повлияло на наличие у него "Крыши". Кто-то и сейчас присматривал за опальным мною. Вопрос - зачем это им? И кто это они? - всё ещё оставался не разгаданным.

Впрочем, у меня было достаточно свободного времени, чтобы придумать тысячу и один вариант решения этой задачки.

С чувством выполненного долга я покинул кухню и рычащего мне в след ангела, и направился заниматься ещё одной своей обязанностью - Руриком.

Именно Рурик был причиной, по которой мой план побега разрабатывался исключительно для светлого времени суток. Нет, конечно, после такого продолжительного времени общения с местным Сторожем, тот вряд ли бы тронул меня сознательно, но команда "фас" начисто выбивает все извилины из башки этого существа. Вот если бы снять с его шеи одну вредоносную вещицу, тогда да, ночь стала бы идеальным временем для момента икс. Но, как снимается этот своеобразный "ошейник", к сожалению, знали только архангелы.

Рурик же был чем-то схож со мной. Нет! Я не имею в виду внешность. Тут мы отличались, как ангел от... ну, кем там был Рурик.

Сторожа, так же как и меня - презирали. Именно поэтому им и занимался ваш покорный слуга. Мне было плевать и на внешность и на буйный характер животинки, и даже на то, что эта самая животинка несколько раз пыталась перегрызть мне горло. В конце концов, мы нашли общий язык, а спустя какое-то время, я понял, отчего у Рурика было такое членовредительное желание полакомиться моей шейкой.

Оказалось банальность - добродушные ангелы в компании бездушных частенько отрабатывали на стороже свои псевдо боевые навыки. Делать это было не сложно - пока над Столицей светило солнце, Рурик сидел на цепи, ну а ночью ни один уважающий себя ангел не посмел бы высунуться из замка. Гулять под луной было опасно даже мне, Рурик хорошо выполнял свои обязанности. И я понимаю ангелов, встретиться со сторожем на узкой тропинке не хотелось никому: "Чудовище" по первому времени наводило ужас и на меня. Уже потом выяснилось, что животинка вполне мирная и коли с ней хорошо обращаться, в ответ она тоже не будет пытаться порвать тебя на множество маленьких ангелочков.

В общем, добродушное создание со странной кличкой Рурик, поняв, что я не желаю зла, допустило меня, так сказать, до своего тела. Ну а я ещё долго пытался отнести сторожа к хоть какому-то виду известных мне животных, но, увы, классификации Рурик не поддавался.

При своих полутора метрах в холке и гипертрофированных мышцах, выпирающих из-под лоснящейся, умеющий менять окрас кожи-чешуи, зверь был весьма подвижен. Иногда казалось, что у Чистилища не один сторож, а два или три, так быстро он двигался.

Задние конечности и балансировка тела позволяли передвигаться как на четырёх лапах, так и ходить на задних, тогда мне приходилось задирать голову и чертыхаться, "вытряхивая" из глаз каменную пыль с потолка пещеры, занимаемой сторожем. Всё дело в одной интересной особенности - в спокойном состоянии голову Рура, гибкую шею до загривка и три четверти хвоста у основания, украшала длинная белая грива, в агрессивном же настроении, грива затвердевала, превращаясь в тонкое лезвие, под которое не советую лезть никому. Вот таким гребнем-лезвием он и крошил потолок пещеры. Само собой, неведомый создатель этого монстра не обошёл стороной такие части тела, как когти и зубы. Рурик мог дать сто очков вперед любому ранее известному мне существу, а уж где-то вымершие, а где-то ещё существующие динозавры или драконы, казались добродушными детскими сказками.

Задние конечности заканчивались четырьмя когтями, размером чуть больше моей ладони, а передние аж целыми пятью. Длину и остроту передних проверял на собственной шкуре. Раны от них заживали почти неделю.