Ольга Онойко - Люди Весны

— Я слышал об угрозах.

— От кого?

— Это важно?

Размеренным шагом Судья прошёл от изваяния Джурай к статуе Кевай и встал перед Дщерью Неумолимой. Каменная богиня смотрела на него теперь: со всей неукротимой свирепостью, со всем бешенством высоких небес. Арга взглянул ей в лицо и отвёл взгляд.

— Хотя бы одно имя, — потребовал Судья. — Того, кому угрожали. Того, кто угрожал. Это дало бы нам зацепку.

Строгое достоинство его было подобно огню в железном светильнике. Черты Судьи озаряло серебристое пламя. Арге подумалось, что Эрлиак никогда не выглядел настолько величественным. Разве что Каудрай… да, лишь Святейшая Каудрай могла бы сейчас сравниться с этим цанийцем.

— Весенние узнают имена, — сказал он.

— Я буду благодарен, если вы поделитесь знанием. Должен сказать, инн Арга, пожар в архивах Союза Гильдий сильно осложнил нашу работу.

— Архивах Союза? — Арга удивился. — При чём здесь они?

Судья сплёл пальцы и уставился на свои перстни. Брови его сдвинулись, лоб прорезали морщины.

— Эти Архивы считались самым надёжным местом, — ответил он с сожалением. — Там хранились не только торговые документы.

«Вот оно!» — Арга постарался скрыть охватившее его возбуждение. Не здесь ли крылась тайна Кастариана Шанора? Арга не мог бы ответить, почему это кажется ему таким важным. Нечто едва уловимое, глубинное, неясное подсказывало: он должен знать.

— Что могло сгореть там?

Судья помолчал.

— Большой купеческий род — это маленькое княжество внутри города. Такова Цания! Купцы следили друг за другом, подмечали слабости и промахи. В войнах за торговые пути редко льётся кровь, но они жестоки… Некоторые сведения хранились записанными.

Арга хмыкнул.

— Нелёгок труд обвинителей в Цании.

— Он повсюду нелёгок. Часто жестокие и бесчестные поступки совершаются с полным уважением к закону. Инокам, особенно юным, трудно признать, что это не их дело. Тогда приходится напоминать им об Афрассе.

Арга поколебался.

С того места, где он стоял, видно было лицо Джурай. Богиня смотрела на отца. Ваятель сделал её прекрасной. Никогда Арга не видел у статуи столь прекрасного лица. Но не было в красоте Дочери Милосердной ни радостной силы Фадарай, ни тонкого искушения Элафры, лишь беспредельная печаль и глубокая жалость. Она выглядела усталой. Арге показалось, что он постигает замысел ваятеля. Саму Джурай становилось жалко; и всякий благородный душой здесь захотел бы выступить на её стороне.

Как звали этого скульптора? Был ли он цанийцем?..

— Позволь спросить, Преподобный, — сказал Арга, — что ты думаешь о Правде Лаги?

— Джандилак покровительствует всем справедливым законам.

— Справедлив ли закон Фадарай?

Судья неожиданно улыбнулся. Отойдя от статуи Неумолимой, он приблизился к Арге.

— Храм Джандилака признаёт историю о подвиге святого Лаги, — сказал Судья. — Однако не в том виде, в каком её знают весенние. Я изложу её, если позволишь.

Арга глянул на него искоса.

— Я верю, что в ней нет ничего оскорбительного для нас.

Преподобный Судья взялся за свою цепь. Он выглядел задумчивым, но тень улыбки осталась в уголках его губ и глаз. Некоторое время, казалось, он собирался с мыслями. Арга терпеливо ждал.

— Бродя во тьме, среди руин и развалин, — начал Судья размеренно, будто читал по книге: — юноша по имени Лага увидел разбойников, напавших на девушку. Как лев бросился он на них и одолел, хотя их было немало. Девушка поблагодарила его и спросила: хочет ли Лага забрать её серебряную цепочку? Хочет ли воспользоваться её телом? Желает ли взять её с собой как рабыню или жену? Лага на всё отвечал — нет. Он защитил её просто потому, что она была в опасности. Она ничего ему не должна. Тогда воссиял беспредельный свет: Фадарай явилась в своём истинном облике. Коснувшись плеча Лаги, она сказала: «Сейчас твой народ ищет только пропитания и убежища. Но я обещаю вам многие победы, великую славу и великую власть».

Арга улыбался. Любимую легенду приятно было слышать и в тысячный раз. До сих пор Судья не сказал ничего нового.

— Лага изумился, — продолжал Судья. — Он сказал: «Ты не богиня войны и не покровительница вождей и правителей. Как ты можешь обещать то, над чем ты не властна?» И он был прав, инн Арга. Для того, чтобы сполна одарить народ, возлюбленный ею, Фадарай обратилась за помощью к другому богу. К тому, чьё могущество поистине велико.

— Вот как, — проговорил Арга.

Он был восхищён. Пускай Святой Престол излагал легенду иначе, но сказка Судьи воодушевляла и вселяла гордость. «Не будет зла, если об этом узнают другие, — решил Арга и сдержал улыбку, подумав: — Любопытно, Эрлиак взбесится?..»