Андрей Кощиенко - Файтин!

Весь свой сегодняшний пятичасовый рабочий день потратил на беготню, разговоры и переезд. Сначала в отдел кадров за документами, потом — на новое рабочее место, знакомился с руководством. Теперь мой новый кунджан-ним — пожилая японка, госпожа Харука Аясе. Глянув на результат моего «японского» теста она сразу перешла в разговоре со мной на свой родной язык. Ну, поговорили… После был неловкий момент, в котором я, пытался быть чертовски убедительным и скромно шаркая ножкой, рассказывал, что — «сама научилась». Шота кажется мне, что мне не поверили, но, чисто по-японски, ничего не сказали…

Потом я, как в настоящей дораме, таскался по офисному зданию в обнимку с картонной коробкой, переезжал. Вроде недавно работаю, а мелочевки уже всякой накопилось прилично. Почти с полкоробки набралось. Мне кажется, сонбе была просто счастлива, что я больше не ее подчиненная. Она даже помогла мне кое-что сложить, хотя это совершенно не по иерархии…

О! За мужиком пришли. На остановке вошли двое в форме сотрудников метрополитена и взялись приводить его в чувство. Сейчас он очнется и узнает, что он совсем не дома… Огорчится, наверное… Наверняка!

Время действия: начало двенадцатого ночи

Место действия: Дом мамы Юн Ми. Мама и Юн Ми, вдвоем, сидя на полу, смотрят телевизор.

— Да где эта негодница?! — возмущенно вопрошает мама, хлопая себя ладонью по коленке и имея в виду Сун Ок, — и на звонки не отвечает! Что это такое?

Юн Ми философски пожимает плечами.

— Придет, — говорит она, — может, с девчонками засиделась, или с парнем познакомилась… Если через полчаса не вернется, пойду искать.

— Куда ты одна пойдешь! — машет на нее рукой мама, — ночь уже совсем!

— Мурчат возьму, — пожимая плечом улыбается Юн Ми, — да, Мурчат?

Сидящий рядом на полу котенок пищит, открывая розовый ротик с иголочками-зубами.

— Мм-м? Видишь, она согласна, — комментирует этот писк Юн Ми.

— Она словно понимает, все, что ты говоришь! — произносит мама, немного испуганно смотря на котенка

— Может у нее тоже, хорошо с иностранными языками? — делает шуточное предположение Юн Ми и вспоминает, — Да, забыла сказать. Чжу Вон пошел поступать на морпеха и меня на работе перевели на новое место. Теперь я буду работать в отделе переводчиков. Просили передать тебе новые условия моего трудового договора.

Юна поворачивается и, протянув руку, подтягивает к себе лежащую недалеко от нее сумку. Открывает ее и достает из нее конверт.

— Вот, — говорит она, протягивая его маме, — адресован тебе.

— Тебе понизили зарплату? — встревоженно спрашивает мама, взяв, но не торопясь открывать.

— Без понятия, — пожимает плечами Юн Ми, — вроде не должны. Переводчик ведь круче чем секретарь?

— И тебе ничего не сказали? — удивленно спрашивает у дочери мама, начиная вскрывать конверт.

— У-ку, — отрицательно крутит головою та, — в отделе кадров я не котируюсь. Я там — пыль на сапогах. Сказали, «спросишь у мамы».

Мама тоже крутит головою, но только огорченно. Достает несколько листков и начинает читать. Неожиданно она дергается и замирает, широко открыв глаза.

— Что там? — насторожившись, спрашивает Юн Ми.

— Шесть миллионов вон! Они будут платить тебе шесть миллионов вон! Шесть миллионов!

— С чего это вдруг? — не верит Юн Ми, — где это написано? Дай!

Юна забирает из маминых рук договор и начинает его читать.

— Странно, — спустя некоторое время озадачено произносит она, — ну да, шесть миллионов… Ноль, что ли лишний приписали? Да нет… Тут сумма и словами написана…

Юна еще раз пробегает глазами текст, осматривает листок со всех сторон и, пожав плечами, выносит вердикт.

— Перепутали что-то, — уверенно говорит она, — у меня ведь даже диплома нет!

— А может, нет? — с робкой надеждой в голосе произносит мама, — у тебя ведь такие хорошие результаты тестов…

Дочь в ответ вновь пожимает плечами.

— В понедельник схожу и все выясню, — обещает она.

В этот миг от входа в комнату раздается звук. Юн Ми и мама поворачиваются. В дверях, качаясь на подгибающихся ногах и держась одной рукой за стену с трудом стоит пьяная «в дымину» Сун Ок.

— Родные мои! — оттолкнувшись от стены, восклицает она, распахивая руки, — как же я вас люблю!

И падает лицом вперед.

— Ах, боооожечки мои! — потрясенно ахает мама, прижимая ладони к щекам, — что же это с ней такое?!

— А что, сегодня праздник какой-то? — спрашивает Юн Ми с интересом смотря на возящееся на полу тело.