Тимур Сабаев - Опыт на продажу

Когда пришёл в себя и крышка откинулась, Рэми стояла и смотрела задумчиво на меня сверху вниз. Молчаливая картина созерцания голого меня была нарушена утробным урчанием. Есть хотелось неимоверно.

– Ты меня прошлой ночью не рассмотрела? И жрать всё ещё хочется. Ты обещала составить компанию.

– Ты слишком много кушаешь для покойника. Да и видела я тебя не вчера, а позавчера. Вылезай.

– В смысле? – не знаю, как насчёт мёртвого, но выскочил я довольно бодро и весело.

– В прямом. Ты почти умер. И Макир, кстати, тоже. Вон, в соседней капсуле лежит, оживает потихоньку. Только у тебя хватило сил дойти сюда и помереть в медкапсуле, а он помер прям на бабе. Достойная смерть, помнится он о таком мечтал, вот только девушку испугал немного. Но, крепкая попалась. И вылезти из-под этого рептилоида смогла самостоятельно. И даже дотащить его до медсекции. Очень крепкая девушка. Понятно, что адреналиновый шторм, она бы с ним и до соседней планеты добежала бы. Но всё равно, очень крепкая.

– Хм. А отчего мы… гм, умерли?

– Хороший вопрос. Похоже, что-то ментальное. Вот тот взрыв, что тебя контузил, это очень похоже на электромагнитное излучение, только не для электроники, а для живого организма. Но принцип близкий. Ты да Макир и приняли по – полной. Ну, ещё этот пират, что в союзники напросился. Вот только он хапнул по полной. Вас спасли приличные скафы и нанофабрики. А у пирата скаф был дрянь, хотя нанофабрика у него – не чета вашим. Я её себе переставлю. Тебе могу свою, она процентов на десять будет мощнее твоей.

– Значит скафы ослабили удар, а наносети начали восстанавливать организм?

– Скорее дублировать цепочки нейронов и аксонов. Но, в принципе, да. А ещё вы накидались стимуляторами, они тоже форсировали организм. Ну, и ещё окситоцин и эндорфин. Это значит после. Оба гормона так же уменьшили последствия. Поэтому вы не сразу и умерли. В принципе, вас там должно было накрыть сразу насмерть, но повело. Масса факторов сошлась. Думаю, членистоногие умники сейчас чешутся и не могут понять, почему на вас не сработала их новая игрушка.

– Опять повезло. В который раз.

– И не говори. Ну и как завершающий штрих – рядом оказался серьёзный специалист, кто понял, какие именно проблемы тебя убивают и принялся оказывать всестороннюю помощь. Ты тут сутки провёл. Цени. Я тебе всё восстановила, как смогла. Небольшие потери есть, их заменила нанофабрика. Полагаю, последствия минимальные.

– Спасибо. А может поедим?

– Пошли, прорва ненасытная.

– Кто бы говорил. Сама ненасытная.

– Да, вот. Ты своё спасение ночью и отработаешь.

Оставшиеся трое суток были посвящены реабилитации и проводил я время строго по распорядку. Мозг не нагружал. Спал в медкапсуле (днём). Ночью физическая нагрузка средней тяжести с обязательным стимулированием выделения эндорфина как известного профилактического средства.

Выскочили из гипера удачно. В системе никого небыло. Понимаю, что захолустье редкое, как раз отсидеться, но это же Фронтир. Тут, где и на кого нарвёшься заранее не предугадать. А если вспомнить, что Глис многим на мозоли наступил, то ожидать горячий приём стоило. Мы же его нашли, смогут и другие. Поэтому к заветному астероиду с тайным схроном подбирались аккуратно. Да и внутрь забирались ощетинившись стволами. Пронесло, посторонних небыло. Только полуразобранный «Темпел», который, судя по задумчивому взгляду Орто, снова лишится некоторых деталей. Даже не так. Туда мы торопились, а обратно – нет. И, зная Орто, тут один корпус и мусор останется. А ещё с самой базы можно много чего скрутить.

Время показало, что я гений предсказаний. Чёртов гений. Орто поставил «Сломанное сердце» на стапель и принялся не столько за ремонт, сколько за модернизацию крейсера. Шлюзовая группа полностью изменилась. Теперь это была хитрая система, позволявшая отстрелить часть тамбура, к которому стыкуется рукав перехода. Пехотный щит, что он использовал как временную затычку прописался на постоянной основе. Теперь, в случае нужды, можно было либо избавиться от непрошенного визитёра одной командой корабельному искину.

Скрученный искин наш инженер тоже оприходовал. Установил ещё одно посадочное гнездо и вмонтировал его рядом с корабельным искиным, после чего навечно подчинил ему тыренный искин с базы. Правда пришлось порешать несколько вопросов с энергией и теплоотводом, но Орто не зря носит гордое звание инженера. А то, что для этого треть корабля пришлось разобрать, так-то досадные неудобства. Я не жалуюсь, несмотря на то, что именно я и разбирал, а потом собирал. Дроиды в это время были заняты перекладыванием шин энергопитания, так что всё вручную. Жаловаться я начал, когда началась перекомпоновка жилого сектора. Ему, видите ли тесно теперь в таком кубрике жить. Он теперь практически семейный и им надо больше площади.