Миша Хайруллин - СкайЛэнд

Послышался гонг, извещающий о том, что в мире Мрака наступила полночь. Свернув все окна игрового меню, я поглубже натянул капюшон нового балахона и, не обращая внимания на воющих и рычащих под моим деревом тварей, постарался заснуть и мне это удалось на удивление легко.

Раздался оглушающий грохот и, не понимая что происходит, я стал озираться по сторонам, мгновенно выпав из сладких объятий глубокого игрового сна без сновидений. Хотя, какого к черту «игрового»? Вокруг было темно и мокро. Я ощупал себя с ног до головы, убедившись, что все тканевое обмундирование промокло до нитки. Задрав голову, позволил холодным каплям дождя привести мой сонный разум в чувство, но получалось у дождя плохо, тут бы ведерко с прохладной водой на голову надо, а не редкие, хоть и весьма крупные капли. Вновь раздался громкий треск, и черное беззвездное небо осветила огромная яркая молния, заставив интуитивно пригнуться ближе к импровизированной кровати.

Снизу доносились ожесточенное рычание и чавканье. Встав на четвереньки, и слегка раздвинув ветки, я попытался посмотреть, что там внизу происходит, но ночь была настолько темной, что как не напрягай глаза, лучше видно от этого не становилось.

Посмотрев на часы, я грустно вздохнул — всего три часа проспал, и что теперь делать? Дальше идти не получится — местная фауна теперь переваливает за сотый уровень, а уснуть под дождем, хоть и слабым, вряд ли получится.

Не придумав ничего лучше, я оперся спиной на ствол дерева, словно на спинку удобного кресла и принялся накладывать Заговор на каждый предмет по отдельности. Вместе с оружием, получалось тринадцать предметов. Закрыв игровой интерфейс, и взглянув на себя, я слегка вздрогнул от ударившего в глаза свечения. Оптический облик инчанта был более чем ярко выраженный, а посох, с пылающим фениксом на вершине и вовсе стал похож на некое орудие богов, только не ясно — огненных или просто светлых.

За все время, что я спал и копался с зачарованием своего гардероба, ни одна тварь не смогла даже приблизиться ко мне на расстояние удара, так что, чувствуя себя в безопасности и решив унять любопытство, я кастанул стену огня прямо возле ствола мощного дерева, на котором сейчас и сидел. Заклинание вздыбилось могучими языками жаркого пламени едва не достающими до ветки, на которой я сидел, открыв чудесный вид на картину происходящего.

Внизу бесновалась толпа различных тварей, одна страшней другой и все они грызлись между собой, пытаясь забраться друг другу на головы и спины, чтобы в очередной раз попытаться достать меня лапой, зубами или рогами. Все их попытки были тщетны, я слишком высоко забрался. Разве что эти сволочи выстроят пирамиду из собственных тел и пустив по ней ручеек добровольцев, доберутся-таки до моей дорогой шкурки. Но, думаю, раз уж за минувшие четыре с лишним часа мозгов у них на это не хватило, последующие два, так же результата им не принесут.

Я сидел на дереве и беззаботно бездельничал, фальшиво перепевая любимую песню, стараясь использовать вой тварей как аккомпанемент оркестра, подстраиваясь под их тональности и ритм. Получалось откровенно плохо, но хоть какое-то занятие. В голове мелькнула мысль — «а что если Смерть, в лагерь пришла чтобы спасти меня от взявших нас в тиски трогов?». Зачем? Кто ж ее знает? Но бафф с обещанием всюду следить за мной, никуда не делся, да и другой вариант я придумать никак не мог.

Зачем было убивать Илью, мне тоже было не ясно, но меня-то она… то есть он, не тронул. Наговорил ерунды и смылся. Поймать бы эту тварь и хорошенько расспросить! Вот только как это сделать? Прыгнуть вниз с зажатой в руке сферой, а когда этот гот с косой их всех убьет, сразу постараться выудить у него как можно больше информации? Глянув вниз, я невольно перекрестился — нет уж, так рисковать, не имея подтверждений своих гипотез, дураков нет.

Остатки времени до рассвета я провел, рассматривая, как тают чары полуночи, освобождая уродливых зверей от своей страшной власти. Словно злые духи, куски черной дымки вырывались из глаз, ушей и пастей монстров и растворялись в пространстве, едва луч света попадал на неустойчивую оболочку темной субстанции. Вернув свой уровень, размер и внешний облик, звери не спешили расходиться, продолжая совершать попытки добраться до моей тушки, поэтому, волей-неволей, мне пришлось кастануть несколько стен огня и цепных лучей света, чтобы упокоить тридцатиуровневых неугомонных тварей.