Юрий Никитин - Порвали парус

- Остановить?

Он произнес с заминкой:

- Хотя бы узнать, на каком там этапе.

- Просто узнать?

Он понизил голос:

- Да…

- Да если там уже близки…. Очень близки?

Он ответил еще неохотнее:

- Учитываю то, что попадать туда очень трудно…

Я прервал:

- А кто-то попадал?

Он покачал головой.

- Никто. Потому и такое внимание к их проекту. Он абсолютно непрозрачен. Мы может только предполагать на какой они стадии. И оценки очень разнятся. Так что, если удастся туда попасть…

- Там хоть есть сами пакистанцы?

- Есть, - ответил он. – Финансируется и контролируется государством, хотя сам проект воплощается под руководством некой транснациональной кампании. Но все закрыто… Похоже, чтобы не мешали всякие правозащитники и контролеры.

Он замолчал, я сказал хмуро:

- Пакистанцы охранять свои объекты умеют. И секреты. Никто не знает, сколько у них атомных бомб и межконтинентальных ракет. Так что проект по достижению бессмертия наверняка охраняют лучше, чем атомную базу.

- Увы, - ответил он.

- Дуайт, - сказал я, - этого разговора не было, но вашу тревогу я понимаю. Даже удержусь от ехидного напоминания, что Пакистан вообще-то ваш союзник, у вас там даже военные базы…

- Уже нет, - сказал он быстро. – Срок аренды закончился, а продлевать они не возжелали.

- А остаться насильно? Не объявят же они вам войну?

Он вздохнул.

- Пока что наше правительство не решается на такой шаг, хотя уже вот-вот… вы знаете, о чем я. Силовые структуры быстро укрепляются по всему миру, как вы и считаете верным. Но еще не сегодня…

- Ладно, - сказал я. – Мы тоже возьмем этот объект под усиленное наблюдение. Если туда откажутся допустить международную комиссию, можно сперва санкции… а через полчаса шарахнуть межконтинентальными ракетами.

Он пробормотал:

- Наши боятся конфронтации с исламским миром. Там хоть и дерутся между собой, но против белых выступают сообща.

- Больше не будет, - пообещал я, - ни белых, ни черных. Будут только дураки и умные.

Он улыбнулся.

- Обожаю ваш оптимизм, Влад!

Я все больше времени теперь провожу даже не в своем отделе по предотвращению, а вообще в кабинете Мещерского, где голова к голове втроем-вчетвером жарко и торопливо обсуждаем быстро меняющуюся ситуацию в мире.

Сейчас все разговоры только об Африке, Мещерский сказал с непонятным выражением:

- Судя по дискуссиям в прессе, как у нас, так и в остальном цивилизованном мире, простому человечку кажется, что прибыть в Африку, это как в Китай или США. Но мне даже себе приходится напоминать, что на африканском континенте разместится несколько Америк как Северных, так и Южных, а также несколько Китаев!..

Я сказал мирно:

- Вы патриот.

Он поморщился.

- Приходится повторять себе и людям, что в Африке была заселена только северная часть, где Египет, Тунис, Алжир!.. Весь остальной исполинский континент оставалась фактически пустынной землей. Поселенцы из Европы прибыли на самую южную оконечность, абсолютно незаселенную землю, и там начали строить свои поселения, а потом города. У них было больше прав, чем у англичан, что прибыли в Австралию и сразу, столкнувшись с племенами местных туземцев, начали их истреблять и прогонять дальше в пустыни. Но Австралия почему-то принадлежит белым, а вот Африка – неграм, хотя те в эти земли никогда не заходили!

Кремнев взглянул на него с интересом.

- О, Аркадий Валентинович, оказывается, вы за справедливость,?.. Так и думал, вы скрытый либерал…

- Вызывайте охрану, - посоветовал Бондаренко. – Если мне удастся подсуетиться, то Мещерским стану я. Или Бронник, он еще ленивее…

Мещерский даже не поел глазом в и сторону.

- Владимир Алексеевич… справедливость на стороне нашей власти. Чересчур либеральной, слишком уж наприслушивались к Западу, за которого все громче говорит госдеп. А справедливость велит к Африке относиться справедливо!

- Помню, - сказал Кремнев, - рисунок из учебника географии, где Россия с выделенными на ней областями, на которых можно разместить всю Европу. Потому европейцы поглядывают на земли России с завистью, однако как-то забывают, что вот так взять всю Россию и положить на африканский континент, она не только там поместится полностью, но останется место для еще одной России и сотни европейских государств в натуральную величину!

Мещерский взмахов руки вызвал на большом экране карту Африки, всю теперь красную, как сплошную зону пожаров.