Юрий Никитин - Порвали парус

- Я вообще-то ничем не увлекаюсь, - напомнил я. – Такой вот скучный человек в футляре и сублимарист. Ты, конечно, хочешь есть…

- Хочу, - согласилась она. – А говоришь, не знаешь женщин!

- Не знаю, - ответил я. – Просто вы все всегда есть хотите. Топай сразу на кухню.

- Это вы всегда хотите накормить, - пояснила она. – А мы идем навстречу. Едим и толстеем. Потом стараемся похудеть… Но вы все равно при каждой встрече стараетесь подсунуть к мордочке блюдце с молочком, чтобы умиляться, смотрите, ест, ест!

- Тогда ничего не дам, - ответил я. – хотя что это я?.. Сразу в постель?.. Нет, я какой-то старомодный местами. Тогда хотя бы поговорить, раз есть не хочешь.

- Не хочу, - согласилась она, - но не отказываюсь. Только будь понастойчивее.

- Бить надо?

- Обойдешься без такого счастья. Все равно тебе в какой-то небольшой мере плюсик, тоже маленький: выпить не предлагаешь. А то этот ритуал никак не искоренить среди дураков и зажатеньких.

Я потащился за нею на кухню, она там по-хозяйски прошлась вдоль длинного стола с аппаратурой, начиная от кофейного и тостера, до замыкающих ряд непонятно зачем придуманных овощерезок, мясомололок и всяких болталок-взбивалок, которыми никогда не пользовался.

Понятно, что между нами пробежала черная кошка, но мы оба старательно делаем вид, что ничего не пробегало, даже черной мыши, хотя, конечно, я больше разыгрываю обиду, чем обижен на самом деле, но ей пока знать о таком рано.

- Рай, - сказала она со вздохом.

- Да ну? – переспросил я. – Тебе в самом деле нравится?

- Еще как, - ответила она. – Это не значит, что стала бы заниматься, но что-то в каждой женщине есть такое… иногда на кухню тянет очень сильно. И хочется готовить…

- Но потом эта дурь проходит?

- И достаточно быстро, - согласилась она. – Хотя иногда и не совсем быстро… Ну что задумался? Корми женщину!

- Блин, - сказал я с огорчением. – И ты, оказывается, женщина… А как же насчет боевого товарищества и взаимовыручки во всех делах, включая интим, что уже давно не интим? Ладно-ладно, кормлю… Садись вот там, повяжи салфетку. Но сперва приготовь чё-нить, а то у меня вволю корма только для мышей… Будешь? Представим, что ты мышь…

- Нет, - отрезала она. – Мышью быть вообще-то неплохо, но только не у тебя, ты на них опыты ставишь!

- Зато какие у меня мыши умные, - возразил я. – Я на них отрабатываю усиление интеллекта, а на другой группе – долгожительство. Ты что предпочитаешь?

- А нельзя то и другое?

- Нет, - отрезал я.

- А какую бы ты сам выбрал?

Я ответил, не задумываясь:

- Ту, у которой крупнее сиськи. А что, есть варианты?

- Нет, - призналась она, - в этом случае нет. Ладно… ты хоть знаешь, что у нас в Управлении творится?

- Насколько понимаю теорию эволюции, - ответил я скромно, - особо гадать не приходится. Это мы, ученые, поступаем, как надо, а в бюрократических структурах действует закон биологической целесообразности.

Она потрясла головой.

- Ничего не поняла. А можно по-человечьи?

- А я как сказал?

- Тогда по-женски, - сказала она сердито и, увидев выражение моего лица, уточнила с тяжелым сарказмом: - Для женского ума и понимания!

- А-а, - протянул я, - понял-понял… в общем, в вашем болоте никто ни о чем не заботится, как и всегда, но когда надвигается катастрофа, все начинают бегать, как муравьи по горячему песку и… что-то да выбегивается. В данном случае сообразили, что дважды два не стеариновая свеча и даже не семь с половиной, и что нужно работать, иначе всем кирдык. А так как работать там разучились, то нужно вернуть меня обратно.

Она слушала внимательно, морщилась, дергалась, даже вздрагивала, но не перебивала, а когда я закончил, сказала угрюмо:

- И что ответишь?

- А ничего, - сказал я хладнокровно. – Здесь я с удовольствием подчиняюсь Остапу Шухевовичу, это же гений, а какого хрена буду подчиняться меднолобым идиотам?

Она напомнила сухо:

- Мещерский не идиот.

- Над Мещерским, - ответил я, - стоят те, у кого звезд на погонах больше.

Она сказала раздельно:

- За это время принято важное решение, Мещерский отныне будет отчитываться только перед президентом. Напрямую. Даже минуя Генеральный Штаб. Доволен?

- Разумно, – ответил я как можно более равнодушно.

- Когда возвращаешься?

- А кто сказал, - поинтересовался я, - что возвращаюсь?.. Скажу тебе без ложной скромности, что я не просто доктор наук, но у меня в лаборатории зреет важное открытие… Да-да, буду не просто научным светилом, но и нобелевку получу, вообще подниму всю нейрофизиологию на ступеньку выше! Все мировую нейрофизиологию, понимаешь!.. Меня в учебники введут, а во всех университетах мира в коридорах портреты будут рядом с Менделеевым, Ньютоном, Эйнштейном и даже Лобачевским.