Александр Лепехин - Служба поддержки

– Нет, спасибо, – выдавил Марк. – Я в норме.

Теперь его начал мучать стыд. Он скомкано попрощался и продолжил свой путь, напряженно размышляя. Размышлизмы эти были мрачны.

С одной стороны, нет никаких причин доверять Понимающему и его пестрой компании наемников. Тот же сам говорил: работает на заказчика. Что ему судьба человечества? Да, в прошлый раз он помог Ярославу и Марине, но ведь получается, что все это было проделано исключительно ради замыкания временной петли. Которая, к слову, больше угрожала Улью и Себекх, чем людям. Ну, может, и людям тоже. Но все равно – мутный он тип, как и все остальные. Хоть и умеет вызывать доверие.

С другой стороны, Гнев Прародителей тоже повели себя не очень красиво. Именно их действия – а конкретно, солдафонские замашки Германа – привели к тому, что Марк оказался в компании Зейна, который в свою очередь смог убедить его, что эти люди опасны. И да, они опасны – как опасен любой нож: не стоит хвататься за лезвие голой рукой.

Голова начала раскалываться. Марк добрел до скамеечки под сосной, присел на нее, достал телефон и начал листать список контактов. Дело становилось слишком запутанным, и надо было посоветоваться.

Трубку взяли почти сразу. Глубокий, слегка утомленный, но довольный собой голос, с легким грассированием изрек:

– Я вас внимательно слушаю.

– Деда… – Марк поперхнулся и откашлялся. – Это я. Не отвлекаю?

Дедушка Соломон явственно изумился и обрадовался.

– Ооо, какие люди в наших краях! Ужель давно не слышал я тебя, мой дорогой и любимейший внук?

– Ой, прямо таки и любимейший, – не удержался от иронии молодой человек. – Обычно ты это Зоаре говоришь. И в попу ей дуешь.

– Ну, твоя кузина же девочка, – в голосе деда был слышен мягкий упрек. – А девочки любят, когда их хвалят. Мальчики, впрочем, тоже любят – поэтому я тебе и говорю: дорогой и, несомненно, любимый. Теперь давай колись: что тебя сподобило? Ты ведь не позвонишь старику просто так?

– Ну почему бы и да? – рассмеялся Марк, а затем посерьезнел. – Понимаешь, тут все очень сложно.

– Слушаю, – подобрались по ту сторону динамика. Даже поразительно, вдруг пришло в голову, насколько дед с Баюном похожи. И как это он раньше не замечал?

Марк замялся, а потом начал обтекаемо, строго придерживаясь положений «права на информацию» и «права на выбор», излагать:

– Если вкратце, я попал в одну историю. Ничего такого, что бы угрожало моему здоровью, – тут же поправился он. Впрочем, дедушка Соломон никогда не перебивал, за что и был удостоен самым высоким доверием среди молодежи. – Но получилось запутанно.

Пару секунд молодой человек подбирал слова. В трубке терпеливо и внимательно молчали.

– Вот смотри, – наконец нашелся он. – С одной стороны, есть люди, которые хотели доставить мне неприятности. И есть другие люди, которые меня в некотором роде от упомянутых неприятностей уберегли. Теперь эти другие говорят, что первые замышляют какую-то нездоровую фигню. А первые, извинившись за свои намерения, утверждают, что это вторые во всем виноваты. И собираются их… – он замялся. – Устранить.

– Физически? – деловито уточнил дед. Марк пожал плечами, а затем, опомнившись, добавил:

– Не знаю. Но похоже, что таки да.

В трубке ненадолго замолчали. Затем дедушка поинтересовался:

– А вторые?

– А вот я не в курсе, – признался Марк. – Но они ни разу не дали повода усомниться в том, что действуют строго в рамках закона. Ну, кодекса, – поправился он. Старик шумно выдохнул.

– Я всегда говорил, что лучший способ решить проблему – не влезать в нее. Аз ох н вэй, Марк, ну зачем тебе это все?

– Я не знаю, – честно признался тот. – Но боюсь, отстраниться уже не смогу.

– Когда это ты отстранялся… – буркнул дед. – Знаешь, если дилемма не решается логически – я обычно ищу самое этичное решение. Подумай сам, внук: чей путь тебе ближе? Кого из них ты лучше понимаешь? Чьи ценности и идеалы разделяешь?

Марк задумался. Пожилой историк, как всегда, зрил в корень. Правда, делить на своих и чужих всегда было непростой задачей… В поисках ответа Марк уставился в никуда, а затем осознал, на что именно смотрит, и вздрогнул.

Парковые тропинки снова привели его к мемориалу. Миллионы жизней, вспомнил он. Половина мира, заваленная мертвым железом и залитая кровью. Слезы, боль, утрата. Колючей проволокой пролегшие между странами и народами неоплатные счеты. Все во имя одной идеи: «избавимся от чужаков». За лучшую жизнь для избранной расы. Концлагеря, газовые камеры, печи. Ровно та же мысль, которую проповедовал Гнев Прародителей.