Анна Гурова - Черный Клан

— Тогда, если готов — вперед!

Грег раскинул крылья и устремился в ночь — беззвучно, быстро и плавно, словно собственная тень. Я, не раздумывая, поспешил за ним. Меньше всего хотелось потеряться где-то среди звезд, где нет ни верха, ни низа, а только падение до бесконечности в непонятно каком направлении. Я махал крыльями, и понемногу нервозность, недоверие, подавленный страх отступали, сменяясь чем-то вроде любопытства и ожидания… Чуда?

Меня охватило странное чувство — что издалека надвигается что-то грозное и красивое. Невероятно красивое и очень страшное… Почему страшное? Потому что оно может и убить. Что-то такое, чем лучше любоваться издалека. Но если не приблизишься и не потрогаешь, то всю жизнь будешь жалеть… Я вдруг засмеялся. Понял — примерно то же самое я чувствую к Драганке.

Отследить направление полета было невозможно.

Сперва я полагал, что мы полетим в космос. Но земля так и маячила внизу, не удаляясь. Мы долго скользили над облачными полями, подсвеченными луной, пока Грег снова не начал снижаться. В тучах пошли разрывы. В просветах изредка мелькали какие-то далекие, неопознаваемые огни, но чаще — темные, совершенно незнакомые земли.

Прямо перед нами из облаков, как острова из моря, воздвиглись сияющие горные вершины. Воздух стал неровным и кочковатым, как разбитая дорога. Меня швыряло то вверх, то вниз. Грег сказал, что это турбулентность, и что над горами всегда так. Должно быть, это были какие-то гигантские горы, может даже, Эверест — мы пролетели над ними так близко, что я видел трещины в ледниках и при желании мог бы царапнуть снег когтями…

За ледяными вершинами нас поджидала буря. Воздух помутнел и стал вдвое комковатее, а облака внизу замелькали с утроенной скоростью. Пока мы летели по ветру, буря не чувствовалась, но время от времени Грег менял курс, и тогда ветер внезапно накидывался на нас и лупил, словно железной трубой, воя при этом так, что я чуть не оглох. Когда мы выбрались из бури, я осознал, что едва ворочаю крыльями. Вот бы не подумал, что сверхматериальное драконье тело способно уставать! Я чувствовал себя как гусь Мартин, увязавшийся за дикими собратьями в Лапландию. А Грег летел себе и летел, даже не сбавляя скорости. В темноте я скорее угадывал, чем видел его.

— Да сколько можно! — наконец не выдержал я. — Давай отдохнем!

— Нельзя! — крикнул он в ответ.

— Почему?

— Мы над морем.

«Черт, надо было предложить отдохнуть, когда мы были над горами!»

— А если я отстану? Дай хоть какой-то ориентир!

— Если отстанешь, лети туда, где страшнее всего.

Я стиснул челюсти и поднажал.

Вот теперь я точно не отстану!

Тучи под нами снова сомкнулись. Теперь они своим рельефом напоминали то ли морское дно, то ли распаханное поле и казались совершенно неподвижными. Но по мере приближения становилось видно, что на самом деле эти облачные поля находились в непрерывном кипении. Чем ниже мы спускались, тем быстрее становилось спиральное движение туч. Под нами был огромный, растянутый на несколько десятков, если не сотен километров, облачный водоворот с черной воронкой посередине.

«Ого! — подумал я с невольным благоговением. — Уж не тайфун ли там внизу?!»

Грег между тем уменьшал скорость, опускаясь все ниже. Я прикинул, где находится финальная точка его спуска, и у меня зародилось нехорошее предчувствие.

— Грег! — крикнул я. — Надеюсь, ты не собираешься…

Голос захлестнуло грозным ревом. Воздушный поток краем задел меня, подхватил, перевернул, как сухой лист, и понес по спирали с нереальной по человеческим меркам скоростью.

— Меня там рааазма-а-ажет!!! — проорал я, пытаясь понять, куда меня несет.

«Перемелет и выплюнет!!!» — хотел добавить я, но тут Грег появился откуда-то сверху и спикировал мимо меня прямо в черное жерло воронки.

Я остался один. Черт знает где, неизвестно вообще на каком свете. Понимая, что, чем дольше я нарезаю круги над этим адским котлом, тем меньше вероятность, что я рискну в него нырнуть. А обратной дороги мне самому уже не найти. Поняв, что деваться некуда, я с очередным витком зажмурился и кинулся вслед за Грегом — в самый центр урагана.

Несколько мгновений я не понимал, на каком я свете. Вокруг не было ничего, кроме воющего воздуха. Я открыл глаза, но разницы никакой не уловил — кругом царил кромешный мрак. Остановился в воздухе и забил крыльями, пытаясь сориентироваться, но это было невозможно. «Закрой глаза», — появилась вдруг в сознании четкая и спокойная мысль. Так я и сделал.