Анна Гурова - Черный Клан

— Вижу, в лесу бывал, знаешь, как правильно одеваться.

Я пожал плечами. Мне случалось и жить в лесу по нескольку дней, когда мы с друзьями сплавлялись по Вуоксе на байдарках или ездили ловить рыбу на Ладогу.

— Куда летим за травами?

— Не летим, а идем, — уточнил Анхель.

Оказалось, что он собирается вести меня в ближайший лесок, начинавшийся прямо за поселком. Странно… И превращаться он почему-то не пожелал… Я пригляделся к нему — травник выглядел не бодрым. Бледный, худой, взгляд затравленный… Что с ним случилось? И на дракона-то не похож!

Кстати, в драконьем облике я не видел травника ни разу. А вдруг он никакой не дракон? С чего я решил, что он дракон? Со слов Грега? Драганка так сказала? Ну мало ли что она сказала. Всему верить, знаете ли…

Мы уже уходили, когда что-то заставило меня оглянуться. Та-ак! И где красочный домик, утопающий в зелени? Старая дача, голый сад. Пустая будка у калитки. Тетка в ватнике, меланхолично скребущая веерными граблями усыпанную листьями дорожку…

Через поселок мы шли добрых полчаса. Потом перешли шоссе, снова тащились мимо бесконечных дач. Наконец поселок закончился, сменившись чахлым сырым лесом. Я поглядывал по сторонам с удивлением. Вдоль дороги валялись битые бутылки и прочий хлам, да и сам лес явно служил местным жителям бесплатной помойкой. Не говоря уж о том, что никаких трав тут и в помине не было. Но травник вел себя как ни в чем не бывало — шагал себе и говорил, говорил… Я старался слушать и запоминать, но голос травника был до того бесцветный и монотонный, что от него хотелось заснуть на ходу. Рассказывал Анхель вещи в принципе нужные, но скучные — как сушить и хранить заготовленные травы. Об этом я мог бы прочитать в любом справочнике. Идти по ухабистой грунтовке через лес надоело. Наконец я не выдержал и спросил:

— Куда мы идем? Долго еще?

— Уже недалеко осталось, — травник указал куда-то за деревья и зачастил: — Тут недалеко спортивный аэродром. За ним — неплохой лесок. А больше тут нормального леса нигде нет. Это надо в область ехать — а тут все повырубили. Коттеджи строят, на каждом свободном пятачке — как грибы… А лесок этот славный. Туда все местные за грибами ходят, ну и мы полезных травок поищем…

Я с изумлением слушал эту стариковскую болтовню. Что стряслось с Анхелем за последний месяц? Почему он так сдал?

Но тут наконец стало светлее, лес впереди поредел и расступился. Еще десяток шагов — и перед нами раскинулся обширный луг. Ветер трепал метелки сухих трав, наполняя пространство печальным шорохом. По небу бежали облака. Дорога повернула налево и закончилась перед шлагбаумом. Дальше виднелись какие-то белые постройки, плакат на растяжках, рекламирующий местный аэроклуб, пара самолетных ангаров… И пестрые спортивные самолетики — штуки четыре — как игрушечные, стояли рядком вдоль дороги. В небе кружил еще один самолет, набирая высоту и, видимо, готовясь выбрасывать парашютистов.

— Пришли, — сказал Анхель. — Осталось только луг перейти — а там и лесок!

Я бросил взгляд в небо. Набиравший высоту самолетик болтался достаточно далеко от нас. С другой стороны леса из-за деревьев вынырнул серебристый планер и бесшумно заскользил по воздуху в нашу сторону.

— На голову нам не свалится? — спросил я на всякий случай.

Анхель заверил, что взлетные полосы остались левее, а к нам на голову свалятся разве что парашютисты.

Планер быстро приближался. В небе нарастал тонкий свист. Я решил подождать, пока аппарат приземлится, а уж потом идти через поле. Но Анхель взглянул на него с беспокойством.

— Давай прыгай! Не тяни время!

— Куда?

— А вот канавка!

В самом деле, в густой траве передо мной виднелась бровка канавы. На дне поблескивала бурая жижа.

— А обойти никак нельзя?

— Прыгай! — взвизгнул Анхель и вдруг сильно толкнул меня в спину. Я взмахнул руками и потерял равновесие. Подошвы заскользили по бровке вниз. Я исхитрился все-таки оттолкнуться и прыгнуть на другую сторону, где и приземлился на все четыре конечности. Хорошо хоть в воду не угодил!

— Вы что де…

Я поднялся, повернулся, собираясь высказать травнику все, что о нем думаю, — и осекся на полуслове. Анхель стоял на той стороне, бледнея с каждым мгновением. Вот он стал весь белый как мертвец… А собственно, почему как? Плоть растеклась киселем, заклубилась молочным туманом и растаяла под резким аэродромным ветром. На потрескавшийся асфальт с глухим стуком упали пожелтевшие кости.