Анна Гурова - Черный Клан

Одновременно уходим в пике, словно ныряем вниз с невидимого обрыва. Синий свет небесных сфер гаснет. Черный клан поглощает угрожающая темнота придонного пространства, из которой может появиться что угодно.

Превратившись, я с удовольствием потянулся, вдыхая загородный воздух. Резкий кисловатый запах опавшей листвы мешался с горьковатым запахом дыма от костра. Откуда-то издалека повеяло ароматом кофе с корицей.

— Эх! — Валенок потянулся. — Кофейку бы я сейчас хлопнул! Но придется обойтись небольшой разминкой. Давай, Леха, показывай, где тут дом твоего колдуна!

— Там, за углом, — сказал я. — И не моего, а… Погоди, я не понял, что ты имел в виду под разминкой?

Валенок ухмыльнулся и что-то поправил в рукаве.

По совету Грега мы спустились на землю пораньше, за квартал от дома Анхеля — на случай, если сработает антидраконья защита. Лучше уж прийти пешком, чем внезапно превратиться в воздухе и рухнуть на дом, как это в июне случилось со мной. Анхель незваных гостей не любил. Его гнездо в пригороде Петербурга выглядело то как уютный, гостеприимный домик-пряник, то как заброшенные развалины, охраняемые ядовитой тварью. На всякий случай мы приготовились ко всему.

Мы — это Черный клан. Вообще-то нас четверо. Есть еще Ники, но сегодня Грег ее с собой почему-то не взял. Грег — наш лорд. В человеческом облике он обладает сдержанными манерами и приятной, неброской внешностью спецслужбиста. В драконьем же больше всего напоминает кусок зимнего ночного неба, решивший зажить собственной жизнью. Валенок, его правая рука, наоборот, обычно выглядит как плотоядный динозавр, вынырнувший из самого грязного радиоактивного болота. В человеческом обличье он во всех смыслах такой же упырь. Хотя иногда мне и кажется, что он хитрее, чем делает вид. И я — Алекс. Я в клане всего несколько месяцев, да и драконом стал недавно. Из-за этого Грег с Валенком откровенно не считают меня за полноценную боевую единицу, что мне порой весьма обидно.

Впрочем, сегодня нам предстояло дело исключительно мирное. Ведь мы шли к Анхелю — знаменитому травнику, целителю, чародею и, самое главное — золотому дракону. Который к тому же помог мне недавно найти дочку, похищенную неизвестными злоумышленниками. Но было бы наивным, глядя на Валенка, предполагать, что он собирается принести колдуну благодарности. Все ровно наоборот. Его-то Валенок и объявил, без всяких оснований, заказчиком жертвоприношения. Я, естественно, возмутился столь нелепому предположению.

А Грег, выйдя из спячки, сказал: «Сходим и проверим».

— Пойдем с парадного входа, — произнес Грег. — Валенок, никаких выходок! Я имею в виду, никаких выходок без моего приказа.

— Твое дело приказывать, мое — выполнять, — зевая, отозвался Валенок. — Но не поздновато ли? Уж недели две прошло. Цирк уехал, клоуны разбежались. Шевелиться надо было сразу, по горячим следам.

Грег пожал плечами:

— Все, что можно было сделать сразу, я сразу и сделал. Теперь две недели или два часа — без разницы. Очень важно уметь правильно расставлять приоритеты. Поэтому я и начал с самого главного.

— Чего? — хмыкнул Валенок.

— Выспался, — невозмутимо сказал Грег.

Я едва удержался от смешка.

— И то верно, куда спешить? Чего метаться? — ехидно подхватил Валенок. — Если мы сами же перемочили всех свидетелей! Всех, кто мог указать на заказчика! Вот скажи, Грег, зачем мы пришили стальных драконов? Я только потом сообразил — надо же было оставить парочку для допроса!

— Кондотьеров допрашивать бесполезно. Профессиональная этика — умрут под пытками, а заказчика не назовут. За это их и ценят… — Грег секунду подумал и добавил: — К тому же попытался бы ты взять стального дракона живым. Они вообще предпочитают в плен не попадать и сами пленных без заказа не берут…

— Ну а Германа-то зачем убили? — спросил я. — Неужели в этом была острая необходимость?

Надо сказать, попрек этот был совершенно несправедливым, потому что громче всех требовал смерти Германа именно я, а сожрал его Валенок.

— В данных условиях я не видел никакой необходимости оставлять этого человека в живых, — спокойно сказал Грег. — Он заслуживал смерти… а кроме того, он ничего не знал. Впрочем, если настаиваешь, побеседовать с ним и сейчас не поздно.

— Так он же того… умер! Ах да. Ники и ее потусторонние родственнички…

— Вот именно. Если хочешь, поспрашивай свою бывшую — вдруг она что-то знает… Однако не уверен, что стоит терять на нее время. Герман даже заказчика своего не знал.