Kирa Стрeльникoва - Выбор наследницы

— Думаешь, этот человек не донесёт на нас? — Кендалл сел рядом с ней.

Принцесса хмыкнула.

— Не сможет. Ты забываешь про магию, Дориан. Он забудет об этом разговоре, но страх перед смертью останется, и обещание он сдержит. По-шли домой, уже поздно.

Ринал, нахмурившись, прошёлся по камере.

— Я знаю, ты видел Кендалла, и видел его в Верхнем, — обратился он к человеку, прикованному к стене. — Не люблю пачкать руки кровью, и поэтому предлагаю тебе самому всё рассказать.

— А пошли вы, милорд, — прохрипел пленник, сплёвывая кровь. — Даже если бы я действительно видел Кендалла или волшебника, вы бы об этом не узнали.

— Волшебника? — первый министр замер. — Что ты знаешь про волшебника?

Пленник криво ухмыльнулся.

— Ничего, милорд.

Первый министр скрипнул зубами, стиснув кулаки. Происходящее в последние дни в Монтаре ему абсолютно не нравилось.

— Тебе лучше не знать, что бывает, когда я разозлюсь, — тихо сказал Ринал.

— Да хоть наизнанку меня выверни! — презрительно скривился его собеседник.

— Не швыряйся словами, — Ринал прищурился.

— О, да мы, кажется, злые, милорд?! — в тоне пленника было столько насмешки и иронии, что первый министр окончательно вышел из себя.

Стоявшие на страже гвардейцы вздрогнули от диких криков, доносившихся из темницы.

Рили устало присела в кресло, прикрыв глаза: прошла неделя с её возвращения, и она с каждым днём всё отчётливее ощущала, как сила потихо-нь-ку уходит. Ей пришлось уступить место поправившемуся Линнеру и Чертён-ку, и теперь принцесса нервничала каждый раз, как друзья уходили на оче-редную охоту за людьми Ринала. Описание их маленькой компании стало из-вестно почти всему Монтару, и Верхнему, и Нижнему, и приходилось изощ-ря-ться в маскировке, чтобы не попасться в лапы тайной полиции. Что касается Сэнди, то на неё открылась настоящая охота, юная волшебница с лёгкостью уходила из рук агентов, оставляя с носом лучших людей де Брока, и под-с-т-ра-ивая тем ловушки.

— Сэнди, ну прекрати ты действовать им на нервы! — уговаривал девушку Рейк. — Ты и так угробила достаточное количество агентов, чтобы привести Ринала и Эмори де Брока в бешенство! Тебе мало такой по-пулярности?

— Зато вы под шумок успешно готовите почву для переворота, — невозмутимо ответствовала Чертёнок. — Наши господа правители не могут ничего понять, даже несмотря на аресты в Нижнем, вы успешно подкидываете ложную информацию их людям.

— Что-то мне подозрительно это, — нахмурился Роан. — Я не верю, что в казематах тюрьмы волшебники первого министра и де Брока никого не раско-ло-ли, не верю и всё! Они чешут Монтар таким частым гребнем, что должны были поймать хоть кого-нибудь, обладающего полезной информацией!

— Он прав, — Линнер тоже нахмурился. — У меня тоже возникали подобные мысли.

Альмарис молча слушала друзей, понимая, что она ничем не может им помочь. Она слишком ослабла, и с трудом передвигалась по дому, что уж говорить о прогулках по Монтару, да ещё в такой напряжённой обстановке. Ко-нечно, можно было бы вернуться к Риналу и не доводить себя до такого сос-тояния, но… она знала, что ещё не время. Её задача заключалась в том, чтобы увести Ринала из города, а это возможно сделать только тогда, когда она будет готова прийти к нему. Альмарис чувствовала, что сейчас она не сможет.

Пошла вторая неделя со дня побега Тайрен'эни, и раздражение Ринала усилилось. Всё, что он смог узнать, заключалось в том, что у Кендалла есть друзья в Верхнем, среди них двое волшебников, небезызвестный Линнер и некая девушка, Сэнди по прозвищу Чертёнок. Кто остальные, где они живут — никто не знал.

— Ох и осторожная сволочь, этот беглый лорд, — бормотал первый министр, вышагивая по кабинету. — Никому не говорит, где его можно найти, а способы связи каждый раз придумывает новые, и не повторяется! И кроме того, за-получил двух волшебников, далеко не новичков в магии!

Ринал покосился на чашу, уже на две трети полную голубоватой субстанцией из звёздочек, и в его мысли закрались непрошеные воспоминания. Альмарис на галере, когда они первый раз встретились, Альмарис с Лами-ро-ном, Альмарис на балу… А теперь она была с Кендаллом, человеком, посмевшим встать на пути Ринала. Одна только мысль, что он обнимает девушку, приводила волшебника в ярость, ревность безжалостно запускала когти в сердце, и успокаивался он с большим трудом.

Тряхнув головой, первый министр постарался выбросить гнетущие мысли из головы и сел за стол, ожи-дая посетителя. Через некоторое время в дверь постучали, и в кабинет во-шёл человек средних лет, с неприметной внешностью и неприятным взгля-дом бесстрастных голубых глаз.