Kирa Стрeльникoва - Выбор наследницы

— Ладно, детка, придётся тебе полежать немного дома, — Рейка разобрал смех, когда он представил личико девушки, обнаружившей, что самое инте-ресное она пропустила, валяясь в беспамятстве.

…Ворвавшись во дворец, Дориан уже мало думал о собственной безопасности, стремясь к одной цели — добраться до тронного зала. Он знал, его ждут именно там. Кендалл сражался ожесточённо, понимая, что очень близок к выполнению обещания, данного когда-то Линнеру в Монтаре. Боги, сколько времени он видел этот момент только в мечтах, или в несбыточных планах!.. Которые оказались не такими уж неправдоподобными, не хватало только хороших друзей и их помощи. И, конечно, появления Альмарис. Альмарис…

Она перевернула всю его жизнь, именно со встречи с ней в Кела-рии началась цепь событий, которая привела к сегодняшнему дню, когда он почти взял штурмом дворец. Именно с ней пришли Сэнди, без которой ему было бы гораздо труднее, Джарт, на которого можно спокойно оставить Монтар… Но, боги, как же Кендаллу не хватало Альмарис! Он страшился того момен-та, когда столица будет окончательно в его руках, де Фрэтт с Телли Ориэ по-йманы и арестованы, и настанут дни и часы ожидания, тягостного, режущего душу ожидания.

Кроме того, он не забывал, что рядом с ней Ринал, и не зная, что между ними происходит, Кендалл мучился от ревности и ненависти к теперь уже бывшему первому министру. Точнее, он не позволял себе думать об их отношениях.

Резко тряхнув головой, Дориан избавился от навязчивых мыслей, посещавших его далеко не в первый раз, и сосредоточился на сра-же-нии. Он и его отряд уже далеко продвинулись вглубь дворца, Кендалл хоро-шо знал кратчайшую дорогу к тронному залу — он большую часть жизни провёл здесь. Короткие стычки с заградительными отряда-ми гвардейцев, ко-торых оставил Грэди, отступая, не задерживали надолго, да и боль-ши-н-с-т-во солдат теперь предпочитали сложить оружие и освободить дорогу, они по-нимали, что у них нет выбора, а умирать мало кто хо-тел. И по большому счёту, перед ними был законный наследник.

Когда впе-реди появились большие двери, искусно украшенные позолотой и резьбой, Дориана ждал почётный караул — они в сражениях вообще участвовали крайне редко, и оружие у них было скорее парадным, чем боевым. Кендалл остановился и опустил меч, он знал всех, они воспитывали юного лорда, единственного наследника ста-рого короля, и ему вовсе не улыбалось залить последние шаги к победе их кровью. В этой войне и так погибло слишком много его друзей.

— Пропустите меня, — тихо сказал он, глядя в спокойные и решительные лица. — Я не хочу сражаться с вами. Клянусь, я не сделаю ничего плохого королю.

— Его величество ждёт вас, — один из них отступил в сторону. — Нам приказано пропустить.

Остальные молча расступились, пропуская Кендалла и его поредевший отряд к дверям в тронный зал. Из глубины дворца доносились звуки сражения, но здесь царила тишина. Невольно крепче сжав меч, Дориан шагнул к створкам и толкнул их. Он не чувствовал ни волнения, ни азарта, одну лишь усталость и боль в мышцах.

Большая светлая зала была пуста, не считая двух человек в противоположном конце. Король сидел на троне в парадной одежде, сжимая в руках ка-кой-то свиток, его морщинистое лицо ничего не выражало, он отрешённо смотрел куда-то в окно. Рядом стоял, скрестив руки на груди, Илеас Грэди, мрачный, как никогда, и не отводил угрюмого взгляда от Кендалла.

Дориан шёл один, опустив меч, держа голову прямо и расправив плечи — он имел по-лное право находиться здесь, и не его вина, что пришлось войти во дво-рец с оружием в руках. Приблизившись к трону, он остановился, молча глядя на короля, и не зная, что сказать. Когда-то именно благодаря этому человеку он побывал в Нимелии и первый раз встретился с Альмарис, а теперь… Те-перь Дориану предстояло решать, что делать.

— Лорд Кендалл, — неожиданно заговорил король, протягивая свиток. — Не утруждайте себя поисками нужных слов. Здесь всё написано. Я больше не в со-стоянии управлять страной, и… и вы мой единственный наследник. Я также избавлю вас от необходимости что-либо решать в отношении моей даль-не-й-шей судьбы, я уеду из Келарии навсегда, и вы обо мне больше никогда не ус-лышите. Что касается моего первого министра… — король запнулся. — Он ис-чез. Мне безразлично, что вы с ним сделаете, когда он вернётся, у него боль-ше нет власти надо мной.

Ошеломлённый Дориан машинально взял свиток, не зная, что ответить. Король медленно встал с трона, снял мантию и накинул её на одно плечо Дориана, потом снял золотой обруч и тоже надел ему на голову.