Kирa Стрeльникoва - Выбор наследницы

— Я не дам тебе уйти, милая, — тихо сказал он, успокаивающе погладив растрёпанные локоны принцессы. — Как бы ты ни пыталась, я не отпущу тебя. В Херим Серт мы войдём вместе.

Рили постепенно успокоилась, ощущение чужой, давящей воли временно оставило её, и она тихо радовалась выпавшим минутам умиротворения и уюта. Зевнув, девушка поудобнее устроилась на плече волшебника.

— Спасибо… — пробормотала она. — Не дай мне больше забыть, что я люблю тебя…

Ринал тихо рассмеялся.

— Ни в коем случае, любимая моя, — он коснулся чуть опухших губ Альмарис лёгким поцелуем. — Спи, тебе понадобится много сил завтра.

Она криво улыбнулась в ответ.

— Ты ещё можешь шутить, — Рили прикрыла глаза.

— А я не боюсь, что проиграю, — девушка не увидела, как в серебристых глазах зажёгся упрямый огонёк. — Если бы ты осталась со мной по собственному желанию, это было бы слишком просто. Мне выпал шанс в кои-то веки побороться за то, что мне действительно нужно, Рили, и я не собираюсь его упускать. А ты мне очень нужна, — тихо закончил он, прислушиваясь к сонному дыханию Альмарис.

Когда она уснула, Ринал ещё долго лежал без сна, глядя в потолок каюты и перебирая в голове различные варианты дальнейших действий. Но одно он знал точно: в ближайшее время предстоит в полной мере проявить упрямство и настойчивость, основные свойства его натуры, которые раньше приводили все начинания к краху. Теперь всё будет по-другому, и вместо запутанных интриг — чёткий выбор, или он, или Артефакт. Ринал прищурился, сжав губы. В этот раз он выйдет победителем.

Наступившее утро было хмурым, холодный ветер пригнал тучи с севера, готовые просыпаться на землю снегом — здесь, недалеко от гор, зима наступала рано. Альмарис пошевелилась, не испытывая никакого желания вылезать из-под тёплого одеяла, и неожиданно поняла, что лежит в объятиях Ринала. События прошедшей ночи словно окутал туман, она толком не могла вспомнить, что же было, и это вселяло тревогу и неуверенность. Потому что смутные отголоски ощущений наводили на мысль, что ей всё очень даже понравилось. Сердито дёрнувшись, Рили попыталась высвободиться, но волшебник только крепче сжал руки — оказывается, он тоже не спал.

— Даже не пытайся, милая, — раздался его голос у самого уха, и девушка вздрогнула — такого поведения от Ринала она не ожидала. Всё, что угодно, угрозы, убеждения, злость — она готова была ко всему, но только не к его невозмутимости. Словно и не было её раздражения и нежелания быть рядом. — Вчера я несколько погорячился, пытаясь убедить тебя не поддаваться влиянию Артефакта, но знаешь, понял, что это бесполезно.

— Отпусти меня! — процедила она сквозь зубы, чувствуя, что готова ударить его — если бы руки были свободны.

— Ни в коем случае, — Альмарис услышала тихий смешок. — Иначе ты снова схватишься за Ламирон, и мне снова придётся доказывать, что ты не права в стремлении воткнуть в меня эту железку.

Принцесса растерялась. Такой Ринал был ей в новинку — уверенный, ироничный, спокойный. Мысли путались, она уже не могла понять, на самом ли деле ненавидит его.

— И потом, снаружи холодно, мы почти на месте. Теплее оставаться в постели.

Вместо ответа Рили начала молча отбиваться, однако Ринал с лёгкостью сжал ей руки за спиной, повернув к себе лицом.

— Будешь показывать характер, свяжу, — невозмутимо сказал он, глядя ей в глаза. — Тебе не понравится, милая, потому что ты окажешься в полной моей власти.

— Тебе всё равно, что мне противно находиться рядом с тобой?! — выкрикнула Рили, разозлённая до крайности, и одновременно что-то сладко замерло в животе — с её чувствами и желаниями творилось неладное. Перспектива оказаться в его власти вызвала волнение, плохо совпадавшее со словами девушки.

— Проверим? — Ринал изогнул бровь, усмехнувшись.

Он уже понял, что избрал правильную тактику — не надо бороться с ней, или в чём-то убеждать. Надо просто сделать вид, что ничего не происходит, и вместо слов делом доказывать Альмарис, как всё обстоит в действительности. Разум можно обмануть, но чувства, ощущения, желания — нет. И нежность только помешает. Волшебник искренне наслаждался происходящим, в такие игры он умел играть, только теперь вместо холодного расчёта было желание победить, доказать свою любовь несмотря ни на что.

Альмарис не выдержала его пристального взгляда, и отвернулась, затихнув. Возмущение и злость требовали выхода, но пока пришлось терпеть.

— Вот и умница, — в голосе Ринала появились мурлыкающие нотки, несказанно изумившие Альмарис — даже в Монтаре, когда всё было по-другому, он так не вёл себя. Его губы коснулись обнажённого плеча девушки, отчего она снова дернулась, испытывая гремучую смесь ярости, отчаяния, беспомощности и желания, чтобы он продолжал. — У нас ещё есть пара часов до того, как шхуна остановится…