Александр Мычко - Безлюдье. Дилогия

— Девушка? — удивлённо протянул Евгений.

— Девушка 17 лет. Папа был офицером-морпехом, погиб с матерью в автокатастрофе, но многому её успел научить. Я ей СВД после этого отдал, пускай приноравливается. Сейчас она с Тигром ходит.

— А, тогда понятно. Батя у меня тоже был военным, по его стопам иду.

— Ну, так, давай с нами двигать на юг. Надо нынче вместе людям держаться. А на Севере выжить сложно будет, климат суровый, в стороне от основных дорог и городов находимся. Тут под боком космодром, да химические комбинаты, заражение от них пойдёт рано или поздно. И мне кажется, что дальше по пути мы на каких-нибудь выживших все-равно наткнёмся. И местных жителей, кто пожелает, заберём с собой.

— Хм, интересное предложение. Надо будет с дедом обсудить.

— Дед главный тут?

— Главный, не главный, но как говорят у нас, в авторитете. Он всю жизнь проходил в этих местах лесничим. Ох, как гонял всяких нарушителей! Ни кому спуску не давал, ни перед кем не кланялся, поэтому и уважают. Потом стар стал по лесам бегать, уже по сельсоветам рулил. Жизнь то он хорошо знает и людей отлично чует, поэтому как сказал, что с вами можно дело иметь, так тому и быть. Мне вот тоже как-то не по душе от этого безлюдства.

Они уже подходили к пятачку между трёх домов, где остановились машины каравана. Из них уже вылезли люди и радостно оглядываясь, знакомились с местными жителями. Они снова нашли живых, и значит, можно было надеяться на лучшее. Да и деревенские жители очень были рады новым лицам. Три прошедших тревожных дня и сопутствующие им мрачные мысли оставили свой след в их глазах. А тут такое неожиданное пришествие! Сразу столько новых лиц, радостно приветствующих тебя. В толпе царило радостное оживление, женщины сразу засуетились на счёт обеда, мужчины, не сговариваясь, начали помогать обустраиваться на новом месте. Михаил предложил товарищам по несчастью устроить здесь днёвку, передохнуть и оглядеться. Ведь их никто никуда не гнал, а от города они отъехали уже достаточно далеко. Дед тут же послал своих людей топить баньки, так как одной на такую толпу народа было маловато. Поэтому они решили готовить сразу три бани и к вечеру устроить общую помывку. Душ ведь теперь стал роскошью, придётся вспоминать старопрежние способы мытья. Молодёжь тут же побежала на речку освежиться. Ведь стоял настоящий летний жаркий день, как и положено в нормальное лето. Единственное отличие от обыденности было в стоявших на берегу вооружённых часовых. Михаил строго настрого приказал выставить на берегу боевое охранение. Да и сами люди уже начали привыкать к такому положению вещей. Многие из женщин просили повторить учебные стрельбы, старшим детям это было бы также полезно. Михаил наскоро переговорил с лейтенантом, и они решили после обеда на околице устроить импровизированное стрельбище.

Пока накрывались столы, и варилась картошка, Бойко знакомился с местными жителями. Первым подошёл сидевший в засаде на сарайке Семён Иволгин. Молодой высокий парень, чуть рыжеватый и весь в конопушках. Он отслужил в армии обычным мехводом на БМП. Дома же Семён работал водителем, возил товары по окрестным деревням, был заядлым охотником и рыбаком. С Женей он дружил с детства. Родители у него недавно умерли, и Семён пока холостяковал, не было здесь подходящих девчонок, поэтому даже подумывал о переезде в город. На предложение Михаила ехать с ними согласился легко, его здесь ничего не держало.

Мелентьева Наталья Фёдоровна, пожилая женщина с добрым располагающим лицом, оказалась фельдшером аж с самого Березника. В этой деревне у неё остался от родителей дом, и теперь он использовался как дача. Вдова, вместе с ней в Пянде оказалась её дочь Ирина и внучка Милана. Ирина же работала врачом в городской архангельской больнице. С ужасом узнала она новости о городе и теперь сидела молча с дочкой на коленях, приходя в себя от недобрых вестей. Напротив, за столом расположилась семья Погожиных, жившая тут, в деревне. Глава семьи Николай, крепкий хозяйственный мужик лет сорока, работал на пилораме у частника рядом с Березником. Его жена Дарья, полненькая яркая блондинка, ещё не потерявшая красоту в свои слегка за тридцать, была директором небольшого магазинчика. Редкий пример не спившихся и работящих людей в нынешней деревне. Сейчас Дарья с дочкой Ксений, рослой девочкой-подростком, помогала накрывать на стол. Их сын Илья был шустрым малым, он уже успел скорешиться с приехавшими с города пацанами, и сейчас они убежали осматривать деревню.