Александр Мычко - Безлюдье. Дилогия

И теперь Михаилу выпала честь создавать свою человеческую Империю, где будет место всем, кто помнит и гордится, что он Человек!

Атаман не был в Смоленске с осени. Сейчас же был яркий и жаркий июньский день. Солнце, не скупясь, прокаливало землю, чуть спрятавшись за серую дымку. Трава живо пошла в рост, деревья уже полностью оделись в летний зеленый наряд. Вдоль дороги, на полях виднелось множество цветов, луга были буквально усеяны вездесущими одуванчиками.

Атаман задумчиво смотрел из окна большого грузового трака на пролетающие мимо пригороды Смоленска, в столице области царило запустение. Еще не прошло и года после того, как из него загадочным образом исчезли люди и большинство сложных организмов, а его величество Природа уже начала прибирать в свою отчину, казалось, потерянные навсегда территории. То там, то тут прорывалась наружу буйная поросль, валялись неубранными упавшие еще осенью ветви. На некоторых улицах остались следы пожаров, и последующих разрушений изломанных огнем конструкций.

Все вокруг потихоньку заметалось свежей пылью и грязью. Ведь на эти широкие проспекты, бегущие по смоленским холмам, на остатки древних крепостных стен, да и на узкие пригородные улочки больше не придут трудолюбивые дворники и созданные человеческим инженерным гением машины. Улицы будут с каждым годом все больше покрываться грязью, асфальт то там, то тут вспучиваться от пробивающихся наружу корней. Жилые кварталы начнут буйно зарастать сначала вездесущими сорняками, затем кустарником и деревьями. Михаил вспомнил фотографии из покинутого в одночасье города Чернобыльских атомщиков. Припять тогда стала общечеловеческим символом города-призрака. Теперь таких городов будет, увы, много, даже можно сказать, все города человечества превратятся со временем в подобные призраки. Человек в них будет приходить гостем, добытчиком «ништяков».

Михаил вспомнил вчерашний разговор с белорусскими гостями. После детских воспоминаний зашел спор о будущем человеческих анклавов. Хватит ли сил у остатков человечества создать новую цивилизацию?

Собеседники оказались людьми начитанными, с нестандартным мышлением, можно даже сказать, что получился эдакий «пивной» мозговой штурм.

— Людей мало, хватит ли нам генофонда для нормального продолжения жизни? — озадачил присутствующих Тозик.

— Ну почему же — Михаил пиво уже потреблял маленькими глотками, первый жор прошел — насколько я помню, ученые-генетики что-то там раскопали в истории. Когда из Африки стали выходить массово предки людей, их было много. Потом какая-то катастрофа произошла, осталось народу как-то маловато, в пределах 10 тысяч человек. Из этого количества и произошло все современное человечество. Сколько нас было, больше семи миллиардов?

— Да, где-то так — подтвердил Подвойский — Думаешь, и нынешних выживших хватит?

— Ну, посчитаем, наши анклавы более двух тысяч человек, в Ордене более пяти, думаю уже шесть тысяч живых. В той стороне от Москвы, по прикидкам разведки Владимирских, еще анклавов тысячи на две-три. А там дальше и Калуга нарисовалась, в Тульской области тоже люди есть. Да и южнее в той полосе могут быть люди, там плотность населения большая была. В нашей полосе, на севере Новгородцы. Сколько их там, Анатолий?

— Точно не знаю, сотни три четыре. И еще под Питером какие-то люди по слухам.

— Ну и украинцы, известно четыре анклава, около тысячи человек. Правда, в основном селяне, раскидисто живут. Итак, уже больше десяти тысяч получается. Наша проблема — расстояния, далеко все живем друг от друга.

— А что расстояния? — непонимающе взглянул Анатолий — Дороги пока есть, машины тоже.

— Вот именно пока, сколько они без ухода простоят?

— Да фиг знает, думаю, десяток лет можно спокойно ездить, нагрузки то на них маленькие теперь будут. Ближние дороги мы чинить еще сможем, а дальше… Самое узкое место — это мосты. Вообще, надо будет поднять литературу — Иван задумался — А водный транспорт? У нас тут Днепр под боком, наши предки ведь водой товары возили, и веками.

— Тоже идея — поддержал инженера Тозик — надо будет ребят на Днепр послать, посмотреть, что так к чему. Тогда на реке необходимо создавать перевалочные базы, а потом баржами и перевозить на дальние расстояния. Водный транспорт довольно-таки эффективен.

— Тогда вообще лучше к воде перебираться жить — Михаил задумался — Мы ведь обустроились в своих анклавах, можно сказать, случайно. Стоит подумать о более удобном месте.