Ли В.Б. - Этот мир как сон

Услышал, как с грохотом в дом вбежали люди, а потом стали подниматься наверх, гремя щитами. Кто-то из них громко скомандовал: — Всем положить мечи и отойти!

Нападавшие на меня бандиты прекратили атаку и быстро отступили к своим. Мечи они не бросили, как и остальные их подельники — выставили их вперед, угрожая городским стражникам, прибывшим на шум в постоялый двор. Я же, как только противник оставил меня, положил на пол свой меч и отошел в сторону, пропуская подмогу в коридор. Уже как зритель, смотрел за разгоревшейся схваткой новоприбывших воинов с бившимися насмерь злодеями. Минут через десять бой закончился, последний бандит выпустил меч из раненой руки. Стражники принялись выводить и выносить сраженного противника из коридора вниз. Уцелевшие постояльцы, вышедшие из своих комнат, как только опасность миновала, захлопотали вокруг воинов, защитивших их от головорезов.

Среди выживших увидел своего купца — он, целый и невредимый, вышел из комнаты в конце коридора. Тем же, кто остановился ближе к входу, не повезло — бандиты вырезали почти всех, кого нашли в первые минуты нападения. Видел через распахнутые настежь двери лежащие вповалку тела убитых и раненых, чувствовал идущий от них запах крови. Меня, еще не привыкшего к гибели невинных людей, тем более в таком множестве, замутило. Заставил себя перебороть слабость, вместе с другими занялся жертвами резни. Рвал на полосы попавшуюся под руку ткань, перевязывал ими раны, выносил убитых. Пострадали и наши люди — среди погибших оказались двое наших возниц. Остальные обошлись страхом, помощь им не понадобилась.

С приходом лекарей люди немного успокоились, выполняли их указания, я тоже. Носил им воду из чанов, перекладывал раненых, выносил умерших. После рассвета, когда закончили с первыми нуждами, ушел к обозу, как-то успокоил перепуганного Санчо и отключился мертвым сном. Проснулся только в полдень — меня разбудил Анри. Поведал то, что ему стало известно о ночном нападении, а потом велел готовить товар для торговли. Я никому не говорили о своих подвигах, но о них каким то образом прознали другие. Анри так и сказал:

— Ты молодец, Сергей, разбудил всех! Только хозяин все сокрушался — кто же ему заплатит за разбитые стекла? Но ничего, выкрутится, такой проныра возьмет свое с местных властей за все убытки — они же проворонили банду. Даже подумать страшно, чтобы было, не подними ты тревогу — перерезали нас всех спящими! И сражался ты неплохо, так сказали стражники, принявшие бой с татями. Только одно плохо — где же мне взять возниц на две фуры? Придется одну поручить тебе, вторую возьму сам, пока не найду подмену.

Два дня купцы каравана торговали в Девере, Анри еще нашел замену погибшим возницам — уговорил двух крестьян из ближайшей к городу деревни, приехавших на ярмарку, щедрыми посулами, даже оставил для их семей задаток. Дал мне премию за последние заслуги, я потратил ее на новую одежду и обувь приемышу. Взял еще у местного лекаря заживляющие мази — на груди и плече, там где я пропустил удары мечом, появились синяки, а прикосновение к ним доставляло глухую боль. Лечил их почти неделю, пока не прошли бесследно, только оставили в памяти зарубку — не заноситься своим умением, в мечном искусстве мне многому надо учиться. Да и с выносливостью не все ладно — моих сил хватило на несколько минут боя, тогда как опытные бойцы держались в несколько раз дольше. Причем не столько запасом сил, а умением расходовать его экономно, без лишних движений и суеты.

На второй день завел интрижку с одной разбитной молодкой недурной наружности — она зашла в нашу палатку покупать женские украшения, а я в это время выкладывал товар из коробки на полку. Только переглянулся с ней взглядом, а кровь взыграла — увидел в ее глазах манящий блеск. Он недвусмысленно подсказывал — женщина желала заняться со мной любовными утехами, я тоже был не против — мужское естество требовало свое. Чуть заметно кивнул ей головой, она в ответ прикрыла на мгновение веки с длинными ресницами — просигналили друг другу об обоюдном согласии. Вышел как будто по нужде из палатки, подождал красотку чуть поодаль от входа. Она долго не задержалась, вышла через минуту, огляделась, ищя меня глазами. Увидела, плавной походкой, чуть покачивая широкими бедрами, направилась в мою сторону, лишний раз соблазняя меня. Проходя мимо, не стала останавливаться, на ходу негромко проронила:

— Приходи вечером, как стемнеет, в ткацкий переулок, третий дом от угла.