– Ах, какое достижение! Всю жизнь об этом мечтала! – съязвила Кэт.
– Ну что же, оставим нашего победителя наедине с выбранной им красоткой и…
Джек не стал дожидаться конца речи и, бесцеремонно запихнув Кэтрин в машину, газанул с места.
Кэт ошеломленно оглянулась на быстро удаляющуюся толпу и повернулась к Джеку. Все происходившее смутно смахивало на затертый сюжет какой–то мелодрамы. Сейчас он привезет ее в темное романтичное место, где признается в любви и полезет с поцелуями.
Кэтрин покосилась на Джека. Она, конечно, могла бы начать долбиться в окна, как идиотка, и просить выпустить ее. Но возвращаться назад было бы позорно, после такого красивого ухода в закат, а до дома она пешком не дойдет.
– Что, страшно?! – улыбнулся Джек краем рта. – Я не Крис, нежничать не буду.
Кэтрин бросила на него злой взгляд.
– Заткнись и вези меня домой.
– Еще чего, – ухмыльнулся парень. – Ты мой трофей.
– Вези меня домой! – повысила голос Кэт.
– Если бы ты хотела домой, осталась бы со своими дружками. Но тебя тянет ко мне, признай это.
– Я просто хотела выйти и дать тебе по морде! – Кэт отвернулась к окну.
Некоторое время ехали молча. Кэтрин смотрела на быстро мелькающие фонари и белую дорожную разметку, сливавшуюся в одну сплошную полосу. Казалось, что она бежит наравне с ними, крошечные белые точки, несущиеся с огромной…
– Эй! – перебил ее мысли Джек. – Я выиграл тебя, чтобы поиздеваться всласть, а не помолчать.
– Ты меня не выиграл, я сама к тебе вышла… – сквозь зубы проговорила Кэтрин, но тут же поняла, что попалась в ловушку. – Ну, выпусти меня! – резко сменила тактику девушка и состроила несчастную гримаску. – Зачем я тебе тут нужна?
– Хотел досадить Кристиану.
– Вы знакомы?!
Джек выразительно то ли фыркнул, то ли чихнул – звук получился престранный.
– Я этого хмыря давно знаю. И получше тебя.
– Не называй его хмырем! – резко ответила Кэтрин.
– Ладно, Кэтрин…
Девушка разинула рот от удивления. Неужели?! Он первый раз в жизни назвал ее по имени?!
Она внимательно посмотрела на Джека, самого отъявленного хулигана и бандита, которого только знала. На секунду ей показалось, что он борется с собой – сказать ей что–то или не говорить?
– Только не надо признаний в любви! – предупредила она его излияния.
Джек расхохотался так искренне и неподдельно, что Кэтрин почувствовала себя глупо. Он резко затормозил и выскочил из машины, чтобы отдышаться.
– Ну, ты даешь, Разноглазая… – сказал он какое–то время спустя, возвращаясь в машину и тяжело дыша. – Признаться тебе в любви?! Скажи мне честно, ты этого с самого начала ждала?!
Кэтрин проворчала в ответ что–то невразумительное.
– Ха! Я прав! – ликующе расхохотался Джек. – Я, конечно, знаю, что от любви до ненависти один шаг, но это явно не наш случай. К тому же ты не в моем вкусе.
– Чтоб ты знал, мне не нравятся самодовольные оборванцы, даже если у них резко появляется красивая ворованная тачка! – огрызнулась Кэт.
Джек смерил Кэтрин тяжелым злым взглядом.
– Она не ворованная…
– Да?! – вскинула девушка. – Откуда же у тебя такие деньги?! Банк ограбил?!
– Милочка… – ядовито–сладким голосом протянул Джек, наклоняясь к ней. – Ты когда–нибудь слышала о таком слове, как «работа»?
– О, слышала! – съязвила Кэт. – Только вот курьеры, подстригающие газоны, даже если утром они разносят газеты, за три жизни не заработают на такую машину!
Джек ухмыльнулся.
– Я не разносил ни пиццу, ни газеты. И газоны я тоже не стриг. Считай, что мне привалило наследство. Потому что больше тебе знать не нужно.
Кэтрин расхохоталась.
– Джек, ты заставляешь мою голову работать только в одном направлении. Ты предоставляешь эскорт–услуги? И, как вижу, тебе хорошо платят?
–Нет, Разноглазая, это твоя прерогатива. Ты, кажется, хотела домой?
Кэтрин перестала смеяться.
– Хотела. Отвезешь?
– Отвезу, – лаконично ответил Джек, садясь на свое место.
Машина тронулась с места, но в этот раз нормально. Джек молчал, сосредоточенно глядя на дорогу. Кэтрин чутко ощущала, что что–то не так, но что – сказать не могла. Они тысячу раз оскорбляли друг друга подобным образом, что же его зацепило на этот раз? Он ведь поэтому молчит?
Кэтрин украдкой посмотрела на Джека. В профиль его черты казались не такими хулиганистыми, а более благородными, присущими скорее Робин Гуду, чем уличному оборванцу. Изумрудно–зеленые глаза обрамляли черные ресницы и размашистые темные брови. Резкие скулы и узкий подбородок на худом светлом лице придавали вид ему немного изможденный, как узнику немецкого концлагеря. Красиво у него были очерчены только губы, смягчавшие резкое и хищное выражение лица.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу