Грант Льюи - Астрология для миллионов

В течение многих лет я изучал движение планет по гороскопам конкретных людей. Мои шкафы и ящики стола набиты биографиями самых обычных мужчин и женщин, присылавших мне эти сведения вместе с датами рождения, чтобы я мог сопоставить известные события с положениями планет и транзитами в попытке прояснить и как можно точнее понять законы влияния планет. Я сделал немало выводов о том, каково воздействие планет, — и не из древних текстов; таким образом, мне удалось вывести астрологию за рамки теорий и метафизических Догадок, в сферу науки.

Чтобы дополнить эти исследования и иметь возможность предоставлять уникальные услуги, я обратился к читателям журнала «Гороскоп» с просьбой присылать нам письма (см. конец главы). Благодаря им я набрался опыта и дополнил свои знания в области астрологии. Мы попросили разрешения публиковать эти письма, не называя имен авторов. Мы получили тысячи самых разнообразных писем, в том числе неожиданные и драматичные, но в основном содержавшие простое описание жизни того или иного человека — жизни счастливой или не очень, удачной или не сложившейся. Разумеется, авторы подчеркивали то, что имело для них особое значение, с указанием времени этих событий. Многие письма начинались так: «Я часто думаю о том, какое объяснение дала бы астрология вот такому событию...», или «..моей насыщенной событиями жизни», или «..невезению, которое преследует меня». Это свидетельствовало о том, что авторы, несмотря на чтение астрологического журнала, не имели понятия о том, как планеты воздействуют на их жизнь, и, подобно большинству людей, не раз оказывались застигнутыми врасплох. Они писали нам в надежде на то, что мы с помощью астрологии сумеем разрешить их загадки, применив правила, которые нам известны, а им — нет. Помня об этом, мы уважительно относились к таким письмам и описанным в них событиям, поскольку в нашем распоряжении оказались просто биографии людей, плывущих по волнам судьбы и не подозревающих о законах влияния планет. К их жизни, к спонтанным радостям, скорбям и триумфам мы сейчас подойдем с меркой астрологии.

Как оценить события, которые произвели впечатление на авторов, писавших нам: «Несомненно, это был худший год в моей жизни» или «Я навсегда запомню сентябрь 1925 года как самый счастливый месяц в моей судьбе»? Разумеется, с помощью анализа положения, которое в тот момент Сатурн занимал в витасфере, а также с учетом воздействия Плутона, Нептуна, Урана, Юпитера или Марса. Прочтите эти строки, помня, что подобными письмами у нас заполнены целые папки:

«В сентябре 1904 года мне удалось поступить в колледж благодаря помощи пяти старших братьев. Три недели спустя я заболел полиомиелитом, и врачи сказали, что больше я никогда не смогу ходить (но они ошиблись)».

В то время Сатурн как раз возвестил «туманный период» и соединился с Луной и Марсом (сравните с гороскопом Рузвельта, который пережил такую же вспышку болезни, когда Сатурн вошел в его «туманный» дом).

А вот еще одно письмо:

«Я часто размышлял о том, почему одним людям живется легко, а другим приходится бороться даже за самое необходимое... По-моему, 1931 год был самым черным в моей жизни».

И опять-таки мы видим, что в 1931 году у Сатурна как раз начался «туманный период», во время которого он соединился с Ураном.

И еще:

«Если вы хотите истолковать с точки зрения астрологии ряд событий, вот вам удивительный пример из моей жизни».

Далее следует рассказ о смерти, сильно подействовавшей на молодого автора письма, исполненного, как в классической трагедии, по определению Аристотеля, «жалости и страха». Здесь можно выделить два периода. Первый начинается с конкретной смерти, которая, вероятно, произвела самое глубокое впечатление на автора, судя по его письму, и время которой точно совпадает с характерным угловым положением Сатурна. Во второй, шестимесячный период, произошло четыре случая смерти, в том числе отца и матери автора, а также еще одно несчастье, и при этом Сатурн с Ураном занимали другое характерное положение. Я не стану перечислять подробно показатели этих трагедий, чтобы не напугать читателей, в гороскопах которых могут оказаться подобные положения планет. Попытка истолковать эти аспекты, возможно, пробудит опасения, которые будут чрезмерными. Астрология — отнюдь не наука мрачных пророчеств! Подобную череду трагедий могут породить лишь особые условия в натальном гороскопе. Лишь немногие витасферы проявятся в том же ключе, что и у этого молодого человека, который пережил худшие времена и, к счастью, дождался лучших, когда Сатурн достиг его десятого дома.