Хакеры сновидений - Архив 7-9

Перед перекрестком девчонка в наглую перебежала проспект прямо перед носом «форда». Она дала знак приоткрыть окно, и когда Азик взглянул впервые на ее лицо, по его спине пронесся холодок. У нее были безумные глаза и улыбка дауна. Совершенно отмороженная личность. Скорее всего, наркоманка. Не удивительно, что она ничего не боялась.

-- Вам дальше не нужно следовать за мной,-- сказала она Азику.—Денег нет. Уезжайте скорее. Иначе пожалеете. Я вас предупреждаю.

-- Да? А что с нами может случится?

Азик приоткрыл дверь, готовясь выскочить на тротуар. Но девушка подошла к машине вплотную и заглянула в приоткрытое окно.

-- Что-то нехорошее,-- с ухмылкой сказала она и слизнула с палочки остатки мороженого.—Возможно, пострадает не только ваша репутация, но и одежда.

-- Садись в машину, девочка,-- спокойно ответил Азик.—Нам нужно кое-что перетереть. Будешь умничкой, останешься живой. Мы зададим тебе несколько вопросов...

-- А вашему водителю сейчас понадобится неотложная помощь.

Легким щелчком пальцев она отправила палочку от эскимо в полет – в салон машины.

-- Что ты сказа...,-- рявкнул было водитель, но затем вдруг всхлипнул и вскинул руки ко рту.

Палочка от мороженого попала ему в дыхательное горло. Несколько секунд Азик в отчаянии переводил взгляд то на девчонку, убегавшую в сторону Гатчинской улицы, то на своего задыхавшегося помощника. В конце концов, он схватил водителя за подбородок и сунул ему два пальца в рот. Последствия подобного вмешательства имели светлую и темную сторону. Ему удалось ухватить палочку за торчавший из горла кончик, но после избавления от постороннего предмета посиневшего водителя вырвало прямо на Азика – на колени и живот. Салон машины наполнился кислой вонью.

--О, нет!—вскричал разгневанный юноша.-- Я убью эту ведьму!

Девчонка скрылась за поворотом. Мимо окна промелькнула фигура одного из помощников. Он крикнул на бегу, что на Гатчинской имеются проходные дворы, которые ведут на Лахтинскую улицу.

-- Предупреди вторую машину,-- велел ему Азик.

Достав из кармана платок, он брезгливо вытер майку и штаны. В его голове пульсировала мысль: «Неужели она все это предвидела?» Оставив водителя в машине, он присоединился к погоне. Все складывалось очень плохо. На Гатчинской было многолюдно. Гудки машин, перед которыми перебегала дорогу девушка, привлекли внимание прохожих. Все с любопытством наблюдали за тем, как пятеро крепких мужчин преследовали хрупкую женщину.

-- Помогите!—закричала она людям, стоявшим на тротуарах.

Но никто не подал и голоса. Это было эпоха с девизом: «Меня не волнуют чужие проблемы». Хотя нет! В событии возникла вторая аномалия...

Второй аномалией была молодая женщина, двадцати двух лет отроду -- высокая, стройная, в шортах, майке и солнечных очках. В левой руке она несла большую спортивную сумку. Двадцать минут назад такси, пойманное у Финского вокзала, привезло ее в район Петроградки. Пятнадцать минут назад она попусту звонила и стучала в дверь одной из квартир углового дома на Лодейнопольской и Пудожской. В конце концов, на шум вышла соседка и сообщила, что Ивана, хозяина квартиры, увезли вчера на «скорой» с приступом аппендицита.

-- Он мой двоюродный брат,-- сказала девушка.—Вот... Пригласил погостить... Вы не подскажите, где здесь ближайшая гостиница?

-- Да рядом! Гатчинская, семь. Там еще вывеска – «Отель». Это по Пудожской в сторону Большого проспекта. А Ваню скоро выпишут. Сейчас, сами знаете, как делают операции. Разрежут, зашьют, и беги себе домой.

-- Вы не могли бы передать ему, если увидите, что я приходила. И что, скорее всего, я поселюсь в этой гостинице.

-- Конечно, милая. Что же не передать?

Молодая женщина из Риги направилась в гостиницу. У подворотни в проходные дворы на Гатчинской мимо нее пробежала девушка, за которой гнались несколько кавказцев. Один из них грубо оттолкнул рижанку в сторону. А всего лишь восемнадцать часов назад ее духовный наставник, стоя на пироне железнодорожного вокзала, в окружении восьми телохранителей, предупреждал, что в Питере нужно вести себя жестко.

-- Если кто буром прет, бей сразу в тыкву. Там нормальных слов не понимают... И это... Береги себя.

Что касается «ударов в тыкву», то никто из женщин на всем постсоветском пространстве не мог конкурировать с этой рижанкой. К тому времени она уже была известной победительницей многих мировых чемпионатов по боям без правил. В спортивном мире официальных и подпольных турниров ее знали по именам Натали и Кобра. В воровском мире прибалтийских стран ее шутливо называли Махой (нет, не по той причине, что она была женщиной, а потому что «махалась» --. или дралась -- как богиня) Через несколько лет она обрела популярность и в эзотерических кругах, где враги и друзья окрестили ее Масей. Она была очень странной аномалией социума. На сновиденных форумах ее называли непревзойденной магэссой, знатоком сакральных каббалистических знаний. Фактически, она была драчливым и проказливым медиумом. Через нее Дух дарил людям реальные знания.