Дмитрий Чернояр - Ролевик - Кицурэ. Сталкер

То есть, фактически, из бездомного нищеброда я резко и совсем неожиданно стал пусть не князем, но весьма себе заслуженным представителем среднего класса. К счастью, не земного его аналога.

И на радостях я уже составил черновой план того, что мне необходимо сделать.

Сперва - отметить прибытие в Анклав, само собой, затем - определиться с жильём. И где-то в то же время - улучшить оружие или найти его более убойные аналоги. А между первым и вторым - заодно найти ателье и заказать себе несколько комплектов одежды.

Трицикл оттарахтел какую-то дивную серенаду глохнущим двигателем и замер у дворцеобразного трёхэтажного здания.

- Приехали?

- Да, леди Кайна. Лучший во всём Западном округе бордель, "Поссм и фэйри".

Я присмотрелся к лепнине на стене: некое хомячкоподобное создание, отчего-то похожее на броненосца и енота разом, с кружками чего-то пенного в обеих руках танцевало вокруг раскидистого цветочного кустарника, над которым парили маленькие крылатые феечки. Очень красивые и очень лишённые каких бы то ни было одежд и стыда.

Хых. А мне уже начинает нравится.

- Показывай дорогу, Тофф.

И мы вошли внутрь.

Наслаждение накатывало волнами, и порой даже закушенная губа не спасала от непроизвольно вырывающихся стонов. Блаженство растекалось по каждой клеточке тела, сладким ознобом накрывало каждую мышцу, а перед глазами плясали весёлые огоньки. Пальцы рук судорожно сминали простынь, а пальцы ног - поджимались в сладкой истоме...

- Да, да! Вот так! Не останавливайся, прошу! - голос хрипел, под уверенными, сильными, но в тоже время удивительно нежными движениями я таял, растворялся в удовольствии, давно потеряв счёт времени. От до дрожи приятных, ритмичных движений в голове и перед глазами всё плыло, и только ровные тёмные доски пола удерживали на себе крохи внимания, то приближаясь, то отдаляясь от нереально приятных возвратно-поступательных движений. Мощная лавина удовольствия в миг накрыла меня с головой, заставляя хрипеть, подрагивать, стонать не сдерживаясь...

- Да! Да!.. О да-а-а...

Я без сил растянулся студёнистой массой по лежаку. По телу изредка пробегали слабые, приятные судороги. Оливковокожая обладательница огромных зелёных глаз устало вытерла лоб тыльной стороной ладони и улыбнулась.

- Боги, это был самый лучший массаж в моей жизни! - Язык почти не шевелился, тело тем более, но я всё же нашёл в себе силы чтобы дотянуться до карго и выудить из кармана маленький изумруд. - Держи, ты заслужила.

Девушка, округлив и без того большие глаза, отшатнулась:

- Я... Я не могу принять такую плату, мне нечем сдать сдачу.

Я улыбнулся:

- Не надо сдачи. Просто запиши в постоянные клиенты, хорошо?

Массажистку звали Таггис. Мне-таки удалось уговорить её составить мне компанию в горячем мелководном бассейне, совместив распитие напару с красивой девушкой удивительно вкусных травяных отваров и практически оргазмотворный водяной массаж ног.

Бордели здесь, в мире Эрдигайл, оказались не настолько узкопрофильными заведениями, как на родной планете. Поесть, попариться в термах, поплавать в бассейнах, расслабиться в приятной компании, и даже заказать стирку и ремонт одежды и арендовать номер гостиничного типа - и ещё тысяча и одна мелочь, возносящая комфорт на уровень, на Земле доступный совсем немногим. Интим, как таковой, здесь не предлагали, хотя не имели ничего против, если у посетителя возникнет обоюдовыгодное желание разделить постель с кем-либо из персонала.

И я едва удержался от того, чтобы затащить в обнимашки и прочие приятности Таггис, хотя она, судя по игривому блеску глаз, была бы очень даже не против и сама это сделать. Но - слишком сильны ещё были воспоминания о моей остроухой красавице, научившей меня столь многому. А значит - нефиг. По крайней мере - пока что.

Замотавшись в простыню и набросив на плечи широченное пушистое полотенце, я всё-таки выпутался из нежного капкана сильных рук Таггис и расслабленной, если не сказать расхлябанной, походкой двинулся к нашему столику. Огороженный высокими переборками, спрятавшийся за узловатыми спагетти верёвочек на входе, буквально истекающих чарами подавления звуков, он вполне подходил как для дружеской попойки, так и для парочек, жаждущих уединиться в экстремальных условиях. Чары чарами, но характерные звуки, доносящиеся из соседней кабинки, мои уши улавливали даже в весьма ограниченной хумансоформе.

Просочившись через зашуршавшие занавески, я плюхнулся на мягкую лавку, сходу подтянув к себе кувшин с чем-то, запахом явно намекающим на мятный отвар с лёгкой дозой алкоголя. Тофф, замотаный аки породистый патриций в простынь, отдуваясь, шлёпнул пустой кружкой по столешнице.