Сергей Зеленин - Эволюция

Короче, мне постоянно не хватало оборотных средств — несколько раз я был на грани банкротства: чуть-чуть оставалось до того, чтоб я не «пролетел» — как, известный деревянный полуфабрикат над Париджем! Просто, чудо какое — что я всё-таки на плаву удержался… По ходу, кто-то (может быть, тот же Барыга — Андрей Александрович Шестаков) на том свете, очень сильно просил за меня у самого Господа Бога!

Но, как говорится: на Бога надейся… И, тогда мне приходилось пускаться во все тяжкие!

Первая по результативности наша с Крёстным совместная афера носила кодовое название «Поле Чудес».

Дело было так…

…Где-то в центре России — в нечернозёмной её части, жил-был в одном крайне захиревшим после «освобождения» крестьян поместье (заложенном-перезаложенном раз сто), один ничем особым непримечательный — до поры до времени, помещик… Барин сей, по всей округе считался хотя и, крайне деятельным — но и, крайне неудачливым и бестолковым. Любил играть в карты — но, зачастую последнее проигрывал, пытался там — чем-то торговать или дело какое своё собственное открыть, но постоянно пролетал… Короче, среднестатистический российский дворянин-помещик: что-то, среднее арифметическое — между Маниловым, Ноздрёвым, Чичиковым и Коробочкой… Гоголя то, хоть читали? И, то хорошо…

Так, вот… Как-то раз, в один прекрасный момент, заявляется он к единственному на весь тамошний уездный центр ювелиру-еврею — весь такой из себя и, достаёт из простого холщового — шитого белыми нитками, мешочка пригоршню мелких и невзрачных на вид камешков:

— Не подскажите, любезнейший… Уж, не алмазы ли это, ненароком?

Тот, чисто поржать, взял в руки несколько камешков из «пригоршни» и… Еле успел поймать мгновенно отвисшую нижнюю челюсть! Собрав всю силу воли в «танцующие» руки, Ювелир, твёрдо и уверенно — насколько это возможно, ответил:

— Да что, Вы?! «Ненароком», это — обыкновеннейший полевой шпат! Или, кварц…

Впрочем, не выпуская при этом «обыкновеннейший полевой шпат или кварц» из цепких ювелирных лап.

Барин, с силой разжав пальцы ювелира, забрал у него все свои камешки и, поигрывая ими, задумчиво проговорил:

— «Полевой шпат», говорите? «Обыкновеннейший»?! А, почему тогда они стекло царапают? Нет, что-то, не то! Наверное, Вы в алмазах ничего не смыслите. Пожалуй, придётся ехать в губернию… Или, сразу в столицу?

Ювелира пробило на пот… И, на честность!

— «Стекло царапают»? Давайте-ка, я ещё раз гляну…

Через пять минут тщательного разглядывания «камешков» через мощную лупу, Ювелир выдал Барину резюме:

— Это — необработанные алмазы!

Барин, не удивился:

— Нечто подобное я и, ожидал… Сколько за них Вы мне предложите?

Уже не скрывая колотившей его лютой трясучки, Ювелир, ничего не «предлагая» продолжил:

— Здесь двенадцать необработанных алмаза… От трёх четвертей до двух-трёх карат каждый. Половина из них, годится для огранки в бриллианты — остальные, увы! Являются, лишь техническими. Но, тоже — свою цену имеют… Цвет: от вообще прозрачного — бесцветного, до красного, голубоватого и с зелёным оттенком…

— Да, сколько же? — потерял терпение Барин.

Подумав и вспомнив про имидж Барина в том уезде, Ювелир выдал, как выдохнул:

— Сто рублей!

Всё это лицедейство, происходило уже после реформы Витте и, рубль уже был золотым рублём!

Однако, Барина как подменили!

— Хм… Что-то мне подсказывает, что в губернии мне дадут за них пять тысяч…

Он, опять сгрёб в свою изнеженную, но ухватистую барскую ладонь алмазы и направился на выход.

— Постойте! — практически, заверещал Ювелир, — смею Вас уверить, ни в одном губернском городе, Вам за них не дадут, более тысячи рублей…

— Три тысячи… — приостановился Барин, — знаю я «вашего брата», батенька! И, лично про Вас наслышан я весьма… Про Вас и, про ваши «уверения».

— Про Вас тоже — всякое говорят! — ехидно огрызнулся Ювелир, — …вот откуда, у Вас эти алмазы?

— А, Вам не всё равно, любезнейший?! Предположим, я их украл! …И, что теперь? К полицмейстеру побежите?! — ехидно-испытывающее прищурился алмазовладелец.

— Нет, не побегу… Две тысячи — больше не дам!

— А, не «давайте»: вас — ювелиров, в России как собак нерезаных, а приисков — где необработанные алмазы… Хм, хм… Пока нет, ни одного…

Барин замолчал, негодуя на себя за то — что, сболтнул лишнее… По виду его заметно было.

«Неужели, этот поц хотел сказать, что таковой «прииск» в России — один-единственный [101]?!», — на чистейшем идиш или иврите — я в них не разбираюсь, подумал Ювелир и, у него волосы зашевелись под национальным головным убором, — и, этот рудник — ЕГО?!»