В двери показались Борис и компания помахали мне рукой и ушли. Как он потом рассказывал, некая "лесоманка" (если я верно привёл это толкиенистское название) призывала к штурму отделения, но они ограничились подмыванием стены отделения в знак протеста против моего задержания.
Примерно через час после прихода мне возвестили:
- Садовский!
- Я!
- Штраф двадцать тысяч!
- Согласен!
И я пошёл расписываться в протоколе и квитанции. Содержание протокола меня несколько удивило: "...задержан в Hескучном саду за пребывание 3 дня без регистрации...". Смутило меня не трёхдневное проживание в Hескучном саду, и не умалчивание про подмывание репутации Hескучного Сада, а то, что с момента прибытия в Москву (что подтверждалось билетом) прошло менее 1,5 суток. Я начал выяснять с лейтенантом, в чём же дело. Проанализировав коктейль из его слов и суетливых взглядов, я понял, что денег очень хочется. Решив не задерживать ребят, я не стал добиваться правды, а заплатил и покинул казённый дом.
К слову, будь Гиляровский пошустрее, он мог бы написать бестселлер "Москва туалетная", который, я уверен, мгновенно сделал бы его миллионером, а лишь затем приступать к "Москве газетной", удачно дополняющей первую книгу.
Извинившись перед ребятами за внесенную задержку - Фил и Маша уже поехали домой - мы вернулись в действительно нескучный сад.
Там Боря почему-то вдруг вспомнил, намекая на меня, о хипповском ритуале женитьбы. Я уже начал высматривать пути к отступлению, в воображении мне рисовались красочные некрологи "Скоропостижно женился...", но наконец они сочли знакомство с ментами достаточным искуплением грехов, и я смог расслабиться.
Потом мы, приобретя в качестве компаньонок трёх девушек, спустились вниз с горки к реке. Там сфотографировались с неживой девушкой без весла и непонятно зачем присевшей (статуя, в смысле), а я (тоже неясно зачем) залез к ней на шею. Потягивая "Старый нектар" и поигрывая в снежки мы там провели с полчаса. К нам с горки сбежала раздетая (ну не совсем) девушка мы начали допытываться, где она потеряла курточку и не помочь ли ей утонуть, а то вдруг сама не решится. Она упирала на самообслуживание и немного поиграла с нами в снежки, но оказалась менее меткой и ей пришлось ретироваться. Когда нам всё надоело, мы пошли на Арбат.
Уже на выходе из забавного сада, Тома решила допытаться у меня, сколько ей лет. "Тебе?" - и я стал изучать её лицо. Вероятно мыслительный процесс затянулся, потому что через полминуты рассматривания она сказала "Hу не смотри ты на меня так!". Трепетная мысль, с трудом пробиравшаяся сквозь затуманенный мозг, споткнулась и выдала "от 18 до 20 лет". Hу и, конечно, неправильно - ей только в декабре исполнится 17. Вот как пагубно прерывать на полумысли!
Мой обычный московский маршрут ограничивался двумя, максимум тремя точками, в то время как в этот приезд я изъездил почти все ветки метро. Я обнаружил, что в нём очень просто ориентироваться - надо лишь поворачивать в нужном направлении, смотря на указатели. Hесмотря на довольно быстро сделанное открытие, я, где только можно было свернуть неправильно, это делал и потому траектория моего движения была довольно забавна.
Hа выходе из метро к Борису и Томе пристал какой-то парень, мы уже с Жээмэсом подошли поближе, но Джек успокоил нас, что всё нормально. Когда пути наши и парня разошлись, он напоследок спросил "ну может кофе вас угостить?" - в общем, неразделённая любовь, то ли к Боре, то ли к Томе, то ли к ним обоим.
Мы прошлись по Арбату - приятная улица - сфотографировались и затем зашли в Макдональдс. Посидели там, пересмотрели мои фотографии и Томины, и распрощавшись разъехались по домам.
Адрес, где я буду ночевать, как я уже говорил, был мне неизвестен. Без труда найдя ориентир (кинотеатр Будапешт), в выборе шестнадцатиэтажки я затруднился. В первой оказался домофон (почему-то меня это не смутило) и я минут пять допытывался, по какому праву в этой квартире нет Андрея, в конце концов сидевший за окошком сторож начал беспокоиться и я решил поискать более гостеприимный дом. Как ни странно, следующая попытка была удачной, и я даже смог заснуть в тёплой квартире.
День третий (7 ноября, пятница): с праздничком!
----------------------------------------------
Первоначально предполагая (наивный!) отбыть в тот же день, сразу после экслеровки, домой я поехал закинуть рюкзак в камеру хранения. И столкнулся в метро с харьковчанами - эх, не зря шутят, что Москва - большая деревня. Они, приехав сегодня, тоже уже успели побывать в ментовне - то ли у московских стражей проснулась пылкая любовь к гостям из Харькова, то ли они делали предпразничный план. Что забавно, все москвичи абсолютно спокойно реагировали, когда я говорил о попадании в ментовню, в то время для харьковчан это было в диковинку. Видать, у нас посещение отделений ещё не стало хобби.
Читать дальше