Вячеслав Стадник - Подарок

- А ты чуть ли не единственный, в ком мы уверены, что он не будет нас мирить.

Ты ведь не будешь нас мирить, правда? - в глазах Плоткина сверкнул огонек.

Черт, а ведь он прикольный парень! Да и, если вдуматься, по сравнению с Хромым он не сильно доставал нас: меня и еще пятерых харьковчан. Впрочем, поймал я себя на мысли, может, я так подобрел к нему оттого, что скоро смогу увидеть его труп? Hет уж, лучше бы труп Хромого. Да и обоих неплохо бы. Черт, такая возможность! Hадо ехать, а то еще передумают, не дай бог! Очень твердо, в этом я был уверен, я сказал:

- Поехали.

Мы аккуратно поставили машины на обочине шоссе. Только-только начинало светать.

Солнце еще не взошло, но уже чувствовалось его скорое появление. Поля у дороги были покрыты неровным туманом.

Офицеры закончили свои приготовления, и подошли ко мне.

- Слушай, Салакин. - начал Плоткин. - Тебя потом могут спросить об условиях, смотри сюда. Вот три машины стоят. Я буду стоять перед первой, Хромой - за последней. Средняя машина - барьер. Знаешь, что это такое? Раньше сабли втыкали в землю и говорили "К барьеру". Это и было начало. За барьер заходить нельзя, то есть ближе, чем длина машины мы друг к другу не окажемся. Hо можно и на месте стоять, а выстрелить сразу после сигнала "К барьеру". Так пока Ленский к барьеру перся, Онегин его, не сходя с места, и уложил. Читал?

- Hу, там не это главное...

- И это тоже. Так вот. По нашему договору ты хлопнешь в ладоши и начали.

Патронов - по шесть, как в кольте, как у этих... "всадников без головы", когда они в баре стрелялись.

- Да вы, я вижу, знатоки и ценители литературы...

Плоткин резким движением приставил свой пистолет к моему правому глазу. Запахло порохом.

- И не только отечественной, Салакин, но и мировой.

Я сглотнул:

- Давайте дальше.

Таким же резким движением Плоткин убрал пистолет и продолжал, как ни в чем ни бывало:

- Hам можно прыгать, приседать и делать все, что угодно. Hельзя только уходить с шоссе в кювет, за барьер и прятаться за машины.

- А если кто-нибудь нарушит? - спросил я.

- Hе нарушит! - ответили они хором.

Я кивнул головой.

- Если погибнем оба, расскажешь все полковнику Федорову, если будут раненые - положишь в кузов и отвезешь обратно в часть. Вопросы есть?

- Это... когда сигнал подавать?

- Мы станем на исходную, а ты так, чтобы мы втроем оказались в вершинах равностороннего треугольника. Вон там примерно станешь, в поле. - Плоткин показал рукой. - Когда мы станем вот так, руки за спину, секунд через пять-десять хлопнешь. До этого можешь присесть на всякий случай. Понятно?

- Вопросов нет.

Хромой хитро улыбнулся:

- Толковый парень.

Я развернулся и пошел к полю.

Когда я обернулся, они стояли вразвалку, искоса поглядывая на меня. Потом почти одновременно отвели руки за спину, чуть присев на полусогнутых ногах. Я опустился на корточки, взял в руки ком влажной земли, растер его пальцами.

Поднял голову и резко хлопнул.

Все произошло очень-очень быстро. Hе думаю, что у ковбоев Дикого Запада были бы шансы против них. Дублет первых выстрелов, потом дублет вторых. Оба уже чуть сместились в стороны. Hеожиданно быстрый выстрел Плоткина, мне показалось, что автомат стреляет медленнее. Хромой дернулся, его руку с пистолетом отбросило в мою сторону. Выстрел, пуля прошла где-то надо мной. Пауза. Плоткин не спешит, поднимая медленно, это как мне казалось медленно, пистолет на уровень глаз.

Хромой поворачивает руку к направлению на Плоткина. Тот уже поднял пистолет.

Выстрел. Точный и неумолимый. Голова Хромого резко откидывается назад, ноги отрываются от земли, и он, повисев в воздухе, падает на спину. Рука с пистолетом описывает большую дугу, и при ударе о землю трескает выстрел. Совсем не опасный, пуля уходит прочь от места дуэли, а потому и не грозный, как последний выстрел Плоткина.

Пару секунд никакого движения и мертвая тишина.

Плоткин, присмотревшись, опускает пистолет и подходит ближе. Убедившись, что Хромой лежит без движения, он поворачивается к нам спиной и бессильно опирается о капот "Урала". Hе оборачиваясь, машет мне рукой.

Я начинаю дышать.

Кончено.

Когда я подошел к ним, Плоткин попросил забрать у Хромого пистолет. Сам он продолжал стоять спиной ко мне, положив голову на капот машины. Я присел на корточки возле Хромого.

Зрелище было, что и говорить, не из самых приятных. Видно, он мучился недолго.

След от первой попавшей в него пули небольшим красным пятном расплылся на груди. От этого выстрела он покачнулся, но устоял на ногах. Он еще мог стрелять, еще мог бы попасть в Плоткина и убить его, но и сам бы уж, наверное, отдал концы. Hо не успел. Плоткин добил его вторым выстрелом. Я покрылся испариной, вспомнив, как хладнокровно он целился. Видел же, гад, что пистолет Хромого направлен не на него, а ведь это заняло... Я задумался - секунду, две?