Клиффорд Ирвинг - Король долины

Рефлекс, выработанный годами тренировки в прерии за домом, заставил его броситься на живот в тот самый момент, когда полукровка попытался остановить свой неуклюжий бег и вскинул револьвер на звук голоса.

И вот теперь в первый раз в жизни Клейтон выстрелил в человека — в человека, с которым он в жизни не разговаривал, разве что приветливо здоровался. Он выстрелил один раз. Полукровка выронил револьвер и отступил на шаг, как будто пытаясь укрыться за дощатым забором; а потом медленно сел на снег и уронил голову на колени.

Кайли услышал этот выстрел и теперь ждал.

Через минуту утренний ветерок унес пыль, и на улице стало тихо. Из-за угла высунулась длинная рука Клейтона, и в диком темпе загремели выстрелы, шесть выстрелов через равные промежутки времени. Пули просвистели в неподвижном воздухе и впились в дощатый тротуар, отрывая от него щепки, всего в десяти дюймах от того места, где скорчился в дверях Кайли.

Должно, быть, Кайли сосчитал выстрелы. Шесть выстрелов из кольта, теперь револьвер пустой… Он вылетел на улицу и понесся к кафе. Пробежав десяток ярдов, он оглянулся через плечо на проход и увидел Клейтона, низко пригнувшегося к земле, стоящего на одном колене и смотрящего на него виноватым взглядом. Клейтон навел второй «Кольт», тот самый, что он взял у Петтигрю, и первыми же двумя пулями перебил Кайли позвоночник. Пули застигли того в прыжке, и он был уже мертв, когда рухнул в битое стекло и обломки досок перед кафе.

А потом Клейтон выпрямился и неверным шагом двинулся через улицу, мимо тела Кайли, и распахнул настежь дверь в кафе.

— Выходи, Маккендрик, — сказал он. Сердце в груди у него бешено колотилось.

Маккендрик осторожно вышел на улицу, и глаза его застыли на распростертом трупе Кайли. Он с ужасом посмотрел на ствол револьвера Клейтона, и тогда Клейтон без улыбки крутнул «Кольт» на пальце и швырнул его через плечо с сторону «Великолепной».

— Поговорим, как мужчина с мужчиной, Маккендрик, — сказал он, резко выдохнув. — На этот раз тебе придется иметь дело не со стариком Фрэнком Уэтмором…

Маккендрик взревел как зверь и бросился на него.

— Уэйн должен был задать ему хорошую трепку, — говорил потом Толстый Фред Джонсон. Они с Джорджем Майерсом выбрались через задние двери парикмахерской, как только был убит Кайли и эхо от выстрелов разнеслось над крышами и утонуло в тишине долины. — Он ведь был здоровый мужик, фунтов на сорок, а то и на пятьдесят тяжелее Клейтона, а умелый здоровый мужик всегда побьет умелого мужика поменьше. Ну, я не хочу сказать, что Клейтон маленький или что он не справился бы сам, но… — он похлопал себя по обширному брюху, — в долгой драке здоровый мужик тебя просто вымотает…

Во время драки на глазах Клейтона были слезы — слезы от гнева или от ненависти? По этому поводу было много споров.

— Он был локо, бешеный, ненормальный, — говорил Боб Хэккет. — Когда человек дерется вот так, как он дрался, он может лить слезы как дитя и в это же самое время замолотит тебя до смерти…

Толстый Фред, как опытный костоправ, бросил на весы свое мнение медика:

— Когда человек вот так разозлится, в нем начинает разливаться его адреналин. И течет так густо и сильно, что просто заставляет его пускать слюну и реветь как корова, у которой теленка забрали!

— А я думаю, это просто пот попал ему в глаза, — протянул Слим. — Это самое простое объяснение, и я вам так скажу: зачем искать какие-то сложности, когда все можно объяснить просто — разве не так, доктор?

Доктор пожал плечами, и у него подпрыгнул горб.

— Может быть, он плакал потому, что только что убил двоих людей. Две души человеческие… Об этом вы не подумали? Клейтон ведь от природы — не убийца…

— Клейтон Рой? Сын Гэвина? — люди смущенно засмеялись. Доктор раздраженно отвернулся к бару…

Они дрались, катаясь в пыли и грязи, около пяти минут. Их одежда почернела от грязи, лица стали мокрыми от пота. Клейтон едва сдерживавший бешенство, забыл сбросить овчинную куртку, она сковывала его движения, а от пота, текущего со лба, он почти ничего не видел. И за все пять минут драки у него не было случая скинуть ее — а Маккендрик был в джинсах и плотной рубашке в красную клетку. Они катались по земле, оплетая друг друга руками и ногами, лица у них были багровые. Наконец Маккендрик оказался сверху и своими громадными лапами, как стальными клещами, стиснул голову Клейтона с боков — а тот тянулся пальцами к его горлу.

— Ладно… ты, урод, рожа драная… сейчас я увижу… твои мозги… в грязи…