Клиффорд Ирвинг - Король долины

Никому не было до этого дела, все без него отлично обходились. Мысли его матери были далеки — их поглощала усталость и жуткая безнадежность; и поэтому он мог с полным правом проговориться перед девушкой, которую в конце концов нашел и которая жалела его: «До тебя никто по-настоящему не любил меня».

В тот вечер, когда Гэвин вернулся из Нового Орлеана, Лестер вошел в гостиную, нервный и напряженный, остановился, держа руки за спиной и непрерывно обдирая заусенец на большом пальце, слова тяжело и неуклюже срывались с его губ, в горле пересохло от возбуждения. Гэвин и Дороти смотрели на него и слушали в молчании. Ему было восемнадцать лет, шея до сих пор обсыпана кругом яркокрасными прыщами; он пытался прикрывать их шейным платком, а платок все время соскальзывал, щеки его все еще были по-детски пухлыми — всего-навсего мальчишка, который потерял свое мужество одиннадцать лет назад, когда его отец бросил взгляд на неуязвимую спину Гэвина Роя.

— Я хочу жениться, — сказал он после длинного, мучительного и невнятного предисловия, которого они не поняли. — Я хочу жениться на Мэри-Ли Уэтмор, и она сказала, что пойдет за меня. Ну, вот я и решил это сделать, но подумал, может, вы сначала что-то захотите мне насчет этого…

Он не смотрел ни на мать, ни на отчима, просто опустил глаза к столу, где мать поставила вазу с розами из сада. Над букетом кружилась рывками пчела, в тишине ее жужжание звучало громко. Он нервно развязал шейный платок, потом затянул его снова — слишком туго, так что он мешал говорить.

Мать подошла, положила руки ему на плечи.

— Ты еще слишком молод, — сказала она. — Послушай, вам же всего по восемнадцать лет…

— Это не имеет значения, — возразил он. — Какой смысл ждать, если мы уже сейчас знаем, как относимся друг к другу?

Дороти повернулась к Гэвину. Он стоял возле камина, сгорбившись, одной рукой пощипывал щетину на подбородке. Светлые глаза были скрыты насупленными бровями.

— Скажи ему, Гэвин.

Гэвин кивнул — поднял и опустил голову. И тогда они увидели, мать и сын, что он улыбается. На лице у него была широкая жестокая улыбка, голубые глаза сверкали безрадостным весельем.

— Та-ак! Вот, значит, где ты пропадал эту зиму. А я-то думал, ты все еще в той поре, когда самим собой обходишься. Оказывается, ты быстро вырос, пока я не смотрел за тобой.

Юноша ничего не сказал. Вид у него был такой, будто он стоит голый на холодном ветру.

— Скажи ему, что он еще слишком молодой, — повторила Дороти, уже не так уверенно.

— Слишком молодой? А он не слишком молодой. Если он достаточно взрослый для того, что он, как я понимаю, делает, ну, так он достаточно взрослый и для того, чтобы сделать и это. — Гэвин фыркнул. — Меня только одно беспокоит. Скажи-ка мне, Лестер, на что вы с Мэри-Ли жить думаете? Как ты собираешься кормить ее? Как ты будешь покупать одежду для своей… э-э… семьи? — Он помолчал, улыбаясь. — Ты уже все это обговорил с Фрэнком Уэтмором?

— Мэри-Ли разговаривает с ним сегодня, прямо сейчас, — пробормотал Лестер.

— Она разговаривает? Хотел бы я знать точно, что она говорит… можешь ты мне сказать, парень, что она говорит своему старому папочке прямо сейчас, в эту минуту?

— То же самое, что я сказал вам, — он ответил так тихо, что они едва расслышали.

— Почему ты расспрашиваешь его об этих глупостях, Гэвин? — вмешалась Дороти. — Что ты имел в виду, когда сказал, что он достаточно взрослый? Он ведь ребенок!

— Мистер Уэтмор может дать мне работу у себя на ранчо, — сказал Лестер, теперь уже громче. — Мэри-Ли думает, что он согласится.

— Ну, а как же, конечно согласится, — сказал Гэвин.

— И у него на ранчо есть хижина, маленький домик, где мы сможем жить.

— А сможете? — ухмыльнулся Гэвин. — Хватит там места для вас всех?

Лестер вспыхнул и вынул руки из-за спины. Они тряслись, как крылья раненой птицы.

— В подарок на свадьбу я куплю себе коробку хороших сигар, — Гэвин вышел вперед и потряс руку Лестера, несмотря на его сопротивление. — Я горжусь тобой, мальчик. Оказывается, все-таки есть в тебе какая-то кровь. И есть у тебя кой-какая смекалка. Вот и отлично! Тебе это все здорово потребуется — потому что с этого дня, считай, ты человек самостоятельный и сам себя обеспечиваешь.

С этими словами он торжествующе развернулся и вышел из комнаты. Возле сарая он нашел Клейтона. Мальчик сидел, скрестив ноги, возле мерина, которого Гэвин подарил ему на рождество, и полировал серебро на своем новом седле. Руки его двигались мягко, любовно — он водил тряпкой взад и вперед, а потом обмакивал ее в баночку с розовой политурой.