Стражи - Gelidus Corde (СИ)

— Хах, удачи, растяпа, — кинул я в пустоту и растворился, оставляя любимую бухту до следующей ночи.

Комментарий к Глава 10

Мне было бы очень приятно узнать ваше мнение о моей истории, так что не стесняйтесь писать отзывы :3

========== Глава 11 ==========

Я не хотел открывать глаза, зная, что сон закончился. Однако было поздно, ночные чары рассеялись, и мой мозг начал активно работать, заставляя меня жить. Я прерывисто вздохнул, поднимаясь с постели. Серый свет заливал мою комнату — она стала похожей на склеп. Я вышел в коридор. Там такая же картина. Я только сейчас заметил, что наш дом такой темный и наводящий тоску и беспокойство. Было ли так всегда, или это только из-за моих мыслей? Не знаю.

Я быстро заскочил в ванную, не желая останавливаться: движение отвлекало меня. Я не позавтракал, вышел из дома без куртки. Кому это важно? На улице все равно холодно и идет дождь. Кто пойдет в такую погоду гулять? Отчаявшиеся. Я засунул руки в карманы, направляясь в мое место.

Лето уже отступало: вся растительность, что была у нас на острове, пожухла и была готова умереть. Кусты походили на пауков, поджавших свои лапки, стараясь сохранить остатки листвы как можно дольше. Горы напоминали старых великанов, уставших крушить деревушки и доживающих свой век. Ветер поднимал остатки лета и уносил их к морю, бушевавшему в этом черно-белом мире.

Я шагнул на безлюдный берег, вдыхая влажный и холодный воздух. Шелест волн ответил мне сухим приветствием. Это не то место, куда я шел. Я продолжил свой путь вдоль кромки воды, позволяя моим мыслям разлетаться в разные стороны. Наконец, я достиг той пустынной части пляжа, где еще совсем недавно безвозмездно помог чайке. Сейчас птицы не летали: ветер был слишком сильным. Люди сидели дома, попивая горячее какао и греясь около обогревателей. Здесь я был один. Я опустился на землю, вглядываясь в небо и прикрывая глаза от этого противного серого света.

Я отпустил свои мысли на волю.

Бесконечное море волнений охватило мой разум, шумя и схлестываясь, вызывая все больше и больше страхов. Каждую секунду в моей голове проносились видения: как Кетернию раскрывают, как ее пытают, как она сходит с ума… Я сжал кулаки, касаясь костяшками пальцев основания скалы, скрывавшейся под тонким слоем песка. Вспышка боли мгновенно пронеслась по всему телу. Такое незначительное ранение, порезанные костяшки, нельзя считать чем-то стоящим. Кетернии будет больнее.

«Мне тоже будет больно», — я тяжело сглотнул ком, подступивший к горлу.

Море оглушительно ревело, путая мои мысли. Может, оно пыталось меня утешить? Я открыл глаза и, привстав, посмотрел на мир, лежащий у моих ног. Бескрайняя морская гладь, переходящая в такое же небо, в вышине которого клубились облака, заворачивающиеся в замысловатые формы и облизывающие вершины старых великанов. Только Зубы Дьявола резали это великолепие, будто острые кинжалы. Я упал на землю, рассматривая серебряное бесконечное небо.

Сегодня тот день, когда все может повернуться против нас. Конечно, мы можем и выиграть. Но я, как и любой человек, склонен думать о плохом больше, чем о хорошем. Облако рассекла одинокая чайка, боровшаяся с надвигавшейся бурей. Что нам делать? Я зажмурился, не зная ответа на свой вопрос. Я услышал, как птица легко выпорхнула из дымки и понеслась прямиком к морю, рискуя разбиться. Я незаметно повернул рукой, заставляя ветер помочь ей. Молниеносно падение несчастной завершилось: она смогла взлететь. Я прерывисто выдохнул, не замечая, насколько напряжен я был.

«Вдох, выдох, вдох, выдох…», — считал я, находясь на грани сна и реальности, впитывая в себя все великолепие и непредсказуемость стихии.

***

Не знаю, сколько времени я так пролежал, балансируя на задворках моего разума и обрыва, где существует только всепоглощающая пустота. Холод стремительно сковывал мои конечности, когда я открыл глаза. Погода стала еще хуже — ветер швырял море на берег и пригибал растения к земле. Я тяжело поднялся и медленно пошел по пляжу, останавливаясь время от времени, чтобы вдохнуть спокойствие, так нужное мне в будущей битве.

«Главное, чтобы она не натворила дел», — подумал я, горько улыбаясь.

Волнение давило на меня слишком сильно, будто прижимало к земле, не давая поднять взгляда в желанное небо. Это чувство вылилось в крик, отдавшийся эхом по всей пустынной бухте. Я стремительно побежал вперед, пытаясь отогнать страх, забыть ее улыбку, уничтожить все, что меня отвлекало.