Стражи - Gelidus Corde (СИ)

— Технически, я все еще не упала, — улыбнулась она.

Ее лицо было напряжено: похоже, она окончательно вымоталась. Я перевел взгляд на ее левую руку и заметил там символ, но разглядеть я его не успел: Кетерния отпустила мою руку и спрыгнула на землю.

— Так уж и быть, сегодня ты победил, но когда-нибудь я стану сильнее тебя и…

— Надерешь мне зад? — закончил я, приземляясь рядом с ней.

— Именно!

Я рассмеялся:

— Надежда умирает последней!

— Гордись, пока можешь, — буркнула Кетерния.

Мы с ней отправились на наше излюбленное место, чтобы, как обычно, встретить рассвет. Однако сегодня я перешел сразу к сути вопроса:

— Кетерния, а что у тебя за символ на левом запястье?

— Это родимое пятно такое, — девушка показала мне свое запястье.

Родимое пятно выглядело как трискель*, окруженный кольцом. Пока я смотрел на символ, я быстро зарисовал его пальцем на песке, боясь забыть о том, как он выглядит.

— И давно оно у тебя? — спросил я, пытаясь уловить каждый завиток символа.

— С рождения.

— Красивое, — сказал я.

— Да, ты прав, — Кетерния взглянула на звезды.

Я посмотрел на песок, где нарисовал ее родимое пятно. Сейчас то, что было изображено, совершенно не имело смысла, но я точно был уверен: это тот же самый символ.

Внезапно я услышал громкий всплеск воды: на камни неподалеку залезли две мерроу. Русалки скинули капюшоны своих накидок и, негромко говоря о чем-то, расчесывали волосы в ожидании рассвета, прямо как мы. Скорбь по юной мерроу снова нахлынула на меня.

«Надеюсь, что море ласково распорядилось с твоим духом», — пожелал я с надеждой.

— Это такие же русалки, как те, что подарили мне накидку? — спросила Кетерния, прерывая мои размышления.

Девушка указала на русалок.

— Да, думаю, что они даже из той же группы.

— Подойдем? — предложила девушка.

— Не стоит им мешать, — отказал я. — А где твоя накидка?

— Хранится дома в теплом и укромном месте, — ответила Кетерния.

Я кивнул.

Сегодня, как только первые солнечные лучи коснулись поверхности залива, мы с Кетернией уже шли по берегу, прощаясь друг с другом и строя планы на следующие тренировки. Под конец она легко обняла меня и пропала. Я с нетерпением побежал к месту, где нарисовал символ. Исчезая, я внимательно всматривался в незамысловатые линии, желая запомнить их. Бухта растворилась, как и рисунок артефакта.

Комментарий к Глава 7

*Трискель - символ, означающий “бег времени”, ход истории и вращение светил.

Мне было бы очень приятно узнать ваше мнение о моей истории, так что не стесняйтесь писать отзывы :3

========== Глава 8 ==========

Я приоткрыл правый глаз и сразу же закрыл: слишком ярко. Собравшись с силами, я привстал. Голова гудела меньше, чем вчера, но каждое движение сопровождалось легкой болью. Я направился в душ, думая о Кетернии, тренировках и прочих бытовых мелочах. Спокойствие и умиротворенность полностью овладели мной и с легкостью прогнали тяжелые события реальности из моей головы. Весело насвистывая и думая о чудесной погоде, я позавтракал, легко улыбаясь самому себе.

Вскоре бабушка спустилась на кухню и застала меня за чаем.

— Доброе утро, как спалось? — ненавязчиво спросила женщина.

— Хорошо, тебе?

Бабушка лишь кивнула в ответ: достаточно, чтобы выспаться.

— Увидел символ у Кетернии на руке? — спросила она.

Я вздрогнул, осознав, что совершенно забыл об артефакте.

— Нет, пока не удалось, сегодня точно рассмотрю, — соврал я, отпивая чай.

«Надо же быть таким тупицей, ведь я бы в любом случае забыл вид символа, когда проснулся, — морально наказывал я сам себя. — Сегодня лягу спать за столом с листом бумаги и ручкой, чтобы записать его в реальности».

Бабушка снисходительно посмотрела на меня, раскусив мою ложь в два счета. Не выдержав ее взгляда, я вылетел из комнаты, не допив чай.

***

Пытаясь отвлечься от своей наиглупейшей ошибки, я полностью посвятил себя тренировке — бежал, пока не иссякли силы.

«Тренироваться так — бесполезно», — думал я, схватившись за свой бок.

Такая бездумная пробежка привела меня в горы. Воздух на высоте был чище — дышалось легче. Я тяжело сел на землю, всматриваясь вдаль. Сегодня море штормило, было видно даже отсюда, как волны с грохотом обрушивались на скалы, облизывая их и вновь опускаясь в пучину. Я поджал колени к груди и положил голову на них. Сердце все еще билось в бешеном ритме, а дыхание не хотело приходить в норму. Такая нагрузка приятно очистила разум.