Виктор Маслов - Два лика времени (СИ)

Обменявшись стандартным приветствием, бурлет Сэсси, виновник будущей катастрофы, окинул полицмейстера неприязненным взглядом. Раньше бы тот ничего не заметил, сейчас взгляд этот, одновременно напряженный и вопрошающий, резанул, словно ножом. Оказавшись на улице, тан Румал решил, что визит к председателю был ошибкой. Попадешь под горячую руку, неприятностей не оберешься. Хотелось выяснить, знает ли председатель о том, что тан Румал начал собственную игру с Альтой-Марной, или нет? Но, даже если он в курсе, тем более, без встречи можно и нужно обойтись.

Тан полицмейстер уселся за руль бронированного "Сильверс-атти" и отправился на дальний секретный объект, который располагался за горным массивом Харуэй, неподалеку от урановых рудников. Охрана рудника, завидев кортеж, также замерла, выказывая максимальное служебное рвение. Так и проехали эти угрюмые места. За колючей проволокой можно было видеть изможденных людей, кативших тачки или грузивших на телеги ящики.

Я управлял тяжелой машиной, но очень скоро меня в обличье главного полицмейстера сменит Умник.

"Интересно, какой здесь уровень радиации?"

"Слегка повышен, чепуха, около пятидесяти миллирентген в час. Опасный уровень вон в тех бараках и основном здании рудника". Можно было, конечно, поступить проще, координаты известны. Но не стоило ставить на уши охранную систему государства. Операцию следовало проделать с наименьшим шумом. Пусть потом поломают свои умные головы!

Проезжаем дальше, эскорт сзади трещит мотоциклетными моторами. Звук раздражает, прогнать их, что ли? Понимаю, это нереально, положение обязывает. Что ж, потерпим, недолго осталось.

Вот, наконец, нужный объект. Словно приземистая средневековая крепость, сложенная из камня-булыги. Мостить улицы, у них денег нет, а тут пожалуйте, отгрохали эдакую роскошь! У ворот охрана вылупились, как на привидение. Главный полицмейстер был здесь позавчера. И прибыл, на сей раз, без предупреждения. А тут с этим строго. Пусть потребуют документы, все имеется, плюс громовой начальственный голос, мало не покажется! Не посмели вякнуть, слишком шеф непредсказуем. Может с тепленького места погнать. Никому не охота угодить под тяжелую начальственную длань. Даже начальник караула выскочил, доложился по всей форме о полном порядке на объекте. Я ответил небрежным кивком и прошел в святая святых. В этом громоздком неприветливом здании содержались особо опасные преступники. Те, кому управление безопасности предъявляло серьезные обвинения. Руководители запрещенной рабочей партии и шпионы Гарца, успевшие нанести государству серьезный урон. Здесь они имели полную возможность осознать глубину своего падения, хотя ни осознание, ни искреннее раскаяние уже не могли им помочь. На объекте имелся медицинский комплекс, где ученые испытывали новые препараты на заключенных. Была установлена, конечно же, и пыточная камера для особо упертых. Объект был оснащен самой передовой техникой и оборудованием, как для развязывания языков, так и для испытания различных способов умерщвления живой плоти. Попасть сюда считалось равносильным смерти, или даже хуже. Что касается охранников, это место вполне можно было сравнить с раем. При практически полном отсутствии опасности в достатке имелась жратва, спиртное, молодые женщины-заключенные, с которыми можно было потешить самые низменные дикие инстинкты и вытворять все, что вздумается. И, ко всему прочему денежное вознаграждение, превышающее самую большую зарплату рабочих заводов.

* * *

Марна потеряла всякую надежду. Разве кто-нибудь сможет сюда добраться чтобы ей помочь? Да и не знает никто о том, что она здесь. Шел третий день заключения. Охрана регулярно приносила еду, девушка не помышляла о голодовке, это было бесполезно. Могут кормить насильно, вводить питание внутривенно. Она старалась не думать о том, что случится через несколько дней. Попадать в руки насильников живьем она не собиралась. Устроить последний бой, задействовав все, чему ее когда-то научили? Наверняка ее попросту оглушат и свяжут, лишив подвижности. А потом сделают все, что вздумается. Выхода она не видела. Покончить с собой означало струсить, да и надежда жива до последнего, вдруг, все же, случится чудо?

Услышав скрип открываемой двери, она вскочила с лежанки. Обедать было рано, тогда что? Неделя еще не закончилась. Может, палачи собрались заранее вытрясти из нее показания? Ее ведь так всерьез и не допросили. Дверь открылась, вошел тан Румал. Что ему опять потребовалось? Она с отвращением смотрела на его полное холеное лицо, слегка ассиметричный длинный нос, челку, прикрывшую потный лоб. Тонкие губы злобного поддонка. Холодный взгляд палача. Полное тело упаковано в зеленовато-серый мундир, увешанный серебряными регалиями. Овальные пуговицы, похоже, из платины. Обут тан главный полицмейстер, как и в прошлый раз, в начищенные до зеркального блеска сапоги. На белом поясе массивная кобура. Он упер в нее толстый палец.