Открываю рот. И понимаю, что не могу признаться. Учиха не должен знать о шраме. Не должен. Не должен.
Не должен…
- Сай мне понравился.
Саске срывается. Проходит какое-то жалкое мгновение, и он с невероятной силой вбивает меня в стену коридора. Вскрикиваю. Боль жуткая. Каждый синяк, каждый ожог и ранка – дают о себе знать. Не знаю, каким чудом я остаюсь в сознании.
Учиха так же резко и порывисто отходит к противоположной стене. Света мало, но я вижу испуг и страх в его темных глазах. А потом – безумство. Помутнение рассудка, сумасшествие, дикость и…
- Я люблю тебя, - шепчет. – Наруто… Наруто…
Повторяет мое имя как заклинание. Снова оказывается рядом, бережно касается лица кончиками пальцев, поглаживает, стирает несуществующие слезы. Я мог бы дать слабину, но не хочу выглядеть разбитым.
Какой же Учиха открытый в этот момент! Как книга. Как распустившейся цветок. Как распахнутая дверь. Открыт и беззащитен.
- Люблю… люблю… тебя… я люблю… - шепчет так болезненно, с трудом. Осторожно касаюсь бледной щеки. Холодный. Ледяной. Мокрые пряди прилипают к пальцам. Смеюсь. Немного сумасшедшим, безумным смехом.
- Я тоже.
И всё замирает. Неважно. Пусть всё идет к черту. Наша игра, противостояние, Сай и его замашки, распахнутая дверь моей квартиры, из которой в коридор просачивается свет, фокусы, концерт, друзья. Да, черт возьми, весь мир – к черту!
Сейчас есть только я и он. Мы. Признавшие, наконец, свои чувства до конца.
========== О сожалении, сумасшествии и хитрости ==========
Понятия не имею, сколько времени мы стоим, вцепившись друг в друга. Хотя, нет, не вцепившись. Обнимаясь. Саске – осторожно, бережно, несмело. Я – со всеми жалкими остатками сил.
- Не смей… Наруто, не смей даже смотреть… Если узнаю, что ты был с кем-то, я убью вас обоих… - Учиха говорит очень тихо, но угроза в голосе реальная и мощная. Он все еще дрожит, то ли от переизбытка эмоций, впечатлений и событий, то ли от холода.
Осторожно выпутываюсь из его рук. Закрываю дверь, включаю свет. Саске, как и я, привык к темноте. Щурится. Молча тяну серый пуловер вверх. Одежда не приведена в порядок, кое-где мятая, местами промокшая, надетая наскоро. Господи… Представляю, как он, получив сообщение, яростно и быстро одевался. На сердце так тепло…
- Я дам тебе одежду. Снимай.
Учиха слушается. Поднимает руки, позволяет мне себя раздеть.
Я еще не понял, что произошло. Не могу осознать.
Саске здесь. В пять часов утра. Оставил свою машину где-то далеко от дома, чтобы пройтись под дождем и немного остыть. А если бы мы жили в соседних квартирах? Он бы с одного удара меня вырубил.
Так разозлился… Я рад. Рад, что Учиха чувствует злость, что сходит с ума из-за своих мыслей и фантазий. Взгляд то наполняется любовью, то снова разгорается ненавистью.
- Послушай. Я просто захотел сделать татуировку… Сай… предложил мне небольшую сделку. Я не смог отказаться и позволил проделывать эти штуки…
Саске резко выдыхает, сжимает руки в кулаки и отворачивается. Так. Вроде бы держит себя в руках.
- Ничего такого между нами не было. Он напоил меня афродизиаком… но…
Вздрагиваю и пячусь назад. Боже, таким выражением лица убить можно. Серийный маньяк-убийца. Игнорируя вспышки боли и нервно хихикая, ненавязчиво мигрирую в спальню. Слышу, что Учиха разувается.
Стоять к нему спиной как-то страшно, поэтому я иду практически наугад. Футболка сзади стала влажной, скорее всего обработанные ранки снова начали кровоточить из-за столкновения со стеной. Придется Саске приводить меня в порядок, раз уж напакостил.
По дороге в спальню беру аптечку. В одной руке пуловер Учихи, в другой – коробочка.
Саске проходит следом. Кажется, слышу, как работают шестеренки у него в голове. Отдав болвану аптечку, отношу одежду на балкон.
- У тебя кровь… - неуверенно произносит мой ведьмак.
- Да, я чувствую. В следующий раз не торопись в драку лезть, - вздыхаю и стягиваю футболку. На ткани эпичное пятно. Повязку надо сменить. – Помоги мне.
Саске лезет в аптечку, еще не до конца понимая, какого рода помощь от него требуется. Иду в ванную, скидываю футболку в раковину.
- Это… – касается плеча. – Это Сай сделал?
- Да… сними повязку, - встаю так, чтобы видеть Саске в зеркале. Интересно, как он будет выглядеть.
Учиха действует. Осторожно отлепляет медицинский скотч и, стянув бинт, замирает. Наблюдаю за его лицом. У меня даже руки начинают трястись от волнения.
Тонкие брови сходятся к переносице. Непередаваемое выражение: боль, понимание, сожаление, удивление, некоторое недоверие и грусть. Учиха опускает голову, прижимается лбом к моей шее. Бережно целует кожу. Кажется, всхлипывает.
Читать дальше