- Твоя тупая рожа меня достала. Достала. Вот в чем дело.
Как ни странно, ни в одном произнесенном слове нет привычной агрессии или холодной злобы. Только странное безумное веселье. Теперь я понял, что он хочет сказать. Кажется, лед тронулся. Но это только маленький толчок. Незаметное глазу движение.
- Саске, скажи, почему ты так отчаянно отталкиваешь меня?
Молчит. Я жду ответа, остановившись около входа в высотное здание.
- Есть причины.
- Какие могут быть причины?
- Мне незачем врать, - сейчас он мягок. Спокоен. Настроен немного философски, но все равно не хочет раскрыться.
- Я и не говорю, что ты врешь. Просто ищешь себе оправдания. Кто возвел эти стены, Учиха? - наглядно демонстрирую стены ладошками. - Все это ведь неспроста? Почему ты боишься искренности?
- Я не боюсь.
- Звучит так же как «я люблю одиночество».
- Вот только не надо лезть в душу. Тебя никто не просил.
Саске делает вид, что увлечен чрезвычайно интересным движением стекла.
- Это верно. Но ты зачем-то поддерживаешь этот разговор.
- Выхода нет.
- Да что с тобой?! - поворачиваю голову Учихи к себе. - Почему ты всегда отрицаешь очевидное? Что за манера такая, а?
- Так удобнее.
- Господи! - почти рычу. И как он умудряется простым разговором вывести меня из себя? - Ты можешь воспользоваться словами, языком и мозгом одновременно?! В чем причина?
Учиха пьяно ухмыляется. Завороженно наблюдаю за движением четко очерченных губ.
- Самая главная причина в том, что причина есть, - просканировав улицу на наличие людей, фокусник выскальзывает из машины.
Досадливо бью руль. С ним невозможно разговаривать!
Так, надо успокоиться. Выхожу. Бросаю взгляд на ночное небо с далекими тусклыми звездами.
Саске крутит в руке свой парик. Спустя минуту поднимает глаза и озвучивает мысль, давно прячущуюся на задворках моего сознания.
- Ты не можешь сказать, что знаешь меня. Только, разве что, по фокусам. Да, верно, знаешь мою технику. Она совершенна, потому что в ней нет никаких эмоций. А ты… ты, Наруто, кормишь публику харизмой. Эмоциями. Получается, я знаю тебя лучше.
- Говоря, что в технике нет эмоций, ты очень сильно ошибаешься, - пропускаю Саске вглубь своей квартиры.
- Как ты это делаешь? - останавливается, стягивая с себя меховую накидку. Вешает на крючки для верхней одежды. Теперь его тело очень даже узнаваемо. Сильные плечи, крепкие руки, отсутствие груди. Смотрится глупо и непривычно. Легкое раздражение исчезает, уступая место новому приступу веселья.
- Что именно?
- Читаешь эмоции. Мои эмоции.
Так вот что его волнует? Догадался, значит.
- Зачастую ты сам себе противоречишь. Говоришь, что ненавидишь и ищешь меня в толпе людей…
- За врагами нужно следить пристальнее, чем за друзьями.
- Называешь врагом и всегда готов прийти на помощь.
- Мне нравится наша война. Довольно эгоистично…
- Ты снова ищешь обходные пути вокруг своих стен!
Учиха замирает, стянув перчатку. Сглатываю, чувствуя, как дико бьется мое сердце.
- Ненавижу тебя.
- А можешь объяснить за что?
Саске усаживается прямо на пол. Хорошо напился, как раз до уровня «море по колено». Радует, что хоть не переборщил.
- Бесишь. Постоянно бесишь.
Полуженщина падает на спину.
- Собрался тут спать? - прислонившись к стене, наблюдаю за совершенно незнакомым мне Саске.
- Какая разница где?
- Только не ной потом, что спина болит.
Нехотя встает. Идет в ванную. Умывается, вынимает линзы и сразу же выкидывает. Я приношу ему одежду. И размышляю.
Слишком много удивительного за один вечер. Подумаю завтра. А сейчас надо придумать, как лечь спать на одной кровати и не накинуться друг на друга.
========== О шланге, печеньках и холоде ==========
Медленно выплываю из объятий сна. Под одеялом непривычно жарко. Учиха доверчиво и интимно прижимается грудью к моей спине, нагло закинув ногу на бедро. Надо бы вставать. Но… так хорошо и тепло. По-домашнему уютно. Давненько я не просыпался в таком странно приподнятом настроении…
Втягиваю носом воздух. Подушка пахнет временной краской для волос. Смыть рыжий оттенок до конца так и не получилось. Гаара говнюк.
Сегодня репетиция. Фокусы, сценарий… ассоциативный ряд медленно доходит до сцены. Вспоминаю телодвижения «певицы» и резко открываю глаза. Более-менее проснувшись и стараясь подавить довольную улыбку, как можно грубее спихиваю с себя конечность Учихи.
- Жемчужинка, просыпайся, нам скоро на работу.
- Сволочь, - хрипло бурчит Саске. - Какого черта я делаю у тебя дома?
Читать дальше