Но что бы радиовещание ни предпринимало, оно должно всегда стремиться противодействовать той беспоследственности, которая делает столь смехотворными чуть ли не все наши общественные институты.
Мы имеем беспоследственную литературу, которая не только старается сама не иметь последствий, но еще всячески старается нейтрализовать своих читателей, изображая все вещи и обстоятельства без их последствий. Мы имеем беспоследственную систему образования, которая педантично старается дать образование, не имеющее никаких последствий, и сама она не является следствием чего-либо. Все наши идеологически-образовательные институты видят свою главную задачу в том, чтобы сохранить беспоследственную роль идеологии, в соответствии с таким пониманием культуры, согласно которому создание культуры уже закончено и культура не нуждается больше в продолжении творческих усилий. Не будем здесь заниматься исследованием, в чьих интересах эти учреждения должны быть беспоследственными, но если изобретение, столь естественно пригодное для решающих общественных функций, наталкивается на такое педантичное старание превратить его в беспоследственное, как можно более безобидное развлечение, тогда неизбежно возникает вопрос, нет ли какой-нибудь возможности противопоставить тем, кто властен выключать, организацию тех, кого выключают. Малейшее продвижение по этой линии сразу же увенчалось бы естественным успехом, намного превосходящим успех всех мероприятий кулинарного характера. Любая кампания с отчетливыми следствиями, то есть любая действительно вмешивающаяся в действительность кампания, ставящая себе целью изменение действительности, пусть даже на участках скромного значения, скажем, в раздаче общественных строений, обеспечит радиовещанию совершенно иное, несравнимо более глубокое влияние и совершенно иное общественное значение, чем его нынешняя чисто декоративная позиция. Что касается техники всех подобных мероприятий, которую еще надо выработать, то она ориентируется на главную задачу, заключающуюся в том, что публика должна не только учиться, но и учить.
Формальная задача радиовещания – придать мероприятиям по обучению интересный характер, то есть сделать интересы интересными. Какой-то части, особенно части, предназначаемой для молодежи, оно может придать художественную форму. Этому стремлению радиовещания облечь обучение в художественную форму соответствовали бы стремления современного искусства приобрести поучительный характер.
Как пример подобных возможных занятий, использующих радиовещание в качестве коммуникативного аппарата, я уже называл во время Недели музыки в Баден-Бадене, 1929, «Перелет через океан». [3]Это образец нового использования ваших аппаратов. Другим образцом может служить «Баденская учебная пьеса о согласии». При этом педагогическая партия, которую берет на себя «слушатель», является партией экипажа самолета и партией толпы. Она связывается со включенной радиовещанием партией обученного хора, партией клоуна, партией диктора. Я умышленно ограничиваюсь рассмотрением принципиального, ибо путаница в эстетическом является не причиной беспримерной путаницы в принципиальной функции, а ее простым следствием. Эстетическим постижением не преодолеть ошибку – очень полезную для некоторых ошибку – в отношении подлинной функции радиовещания. Я мог бы вам сказать, что использование, скажем, теоретического опыта современной драматургии, а именно драматургии эпической, в области радиовещания дало бы исключительно плодотворные результаты.
Нет ничего более неподходящего, чем старая опера, которая стремится вызвать состояние опьянения, ведь она застигает у приемника человека, находящегося в одиночестве, и из всех алкогольных эксцессов нет ничего более опасного, чем пьянство в одиночку.
Почти непригодна для радиовещания также и старая драма шекспировского типа, ибо контакт, происходящий у приемника, заставляет не массу, а отдельного, отъединенного человека вкладывать свои чувства, симпатии и надежды в интригу, единственная цель которой – дать драматическому персонажу возможность выразить себя.
Эпическая драматургия с ее членением на отдельные эпизоды, ее разделением элементов, то есть отделением образа от слова и слов от музыки, в особенности же ее дидактическая установка, могла бы во многом послужить для радиовещания практическим образом. Но ее чисто эстетическое применение привело бы лишь к новой моде, а у нас достаточно старых мод! Если бы возник театр эпической драматургии, педагогически-документального изображения, радиовещание могло бы ввести совершенно новую форму пропаганды театра, а именно подлинную информацию, незаменимую информацию. Такой тесно связанный с театром комментарий, являющийся полноценным, равноправным дополнением к самой драме, мог бы выразить совершенно новые формы и так далее. Можно было бы организовать также прямое сотрудничество между театральными и радиотрансляционными мероприятиями. Радио могло бы транслировать хоры в театре, так же как оно могло бы с организованных наподобие митингов постановок учебных пьес передавать решения и выступления публики и т. д.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу