Их встретила администратор – очень красивая девушка в национальной одежде Востока. Оформление заняло немногим более пяти минут и вот они уже на третьем этаже в комфортном номере люкс.
– Замечательное место! – оценил Фёдор. – И что мы будем делать?
– Неужели непонятно, – усмехнулась она, снимая с себя платье.
На ней были только белый бюстгальтер и трусики. Он приблизился к ней и обнял.
Светлана доверчиво прижалась к нему. – Я не хочу, чтобы ты подумал, что я занимаюсь этим, с кем попало, – тихо прошептала она.
– Всё в порядке. Я хочу, чтобы эта ночь принадлежала только тебе и мне.
– Я знаю, но хочу, чтобы ты поверил мне…
– Я никому не верю.
Её брови резко взметнулись вверх. Она закинула руки ему на шею, глядя в глаза. Они долго стояли, обнявшись. Затем он перенёс её в комнату и уложил на кровать.
Кончиками пальцев она погладила его по щеке.
– Будь паинькой, оставь меня сейчас, хорошо? – Она слегка шлепнула его и отодвинулась подальше. – Уходи. Я очень устала. После всего, что сегодня произошло, я должна побыть одна и всё обдумать. Ты мне нравишься, ну, а поцелуи оставим на потом…
В полумраке небольшого холла на третьем этаже отеля «Шехерезада» в мягком глубоком кресле сидел смуглый мужчина с плоским лицом и прямыми волосами на голове, по внешнему виду весьма крепкий азиат. Это был Фархад. Он был слишком взволнован. Некогда любимая мелодия, доносившаяся из глубины отеля, его раздражала. Он знал, что Светлана Никольская только что вселилась в номер люкс. С ней находился журналист Лукашин. Об этом ему сообщил Мустафа, который следил за ними.
Настенные часы показывали двадцать два часа сорок пять минут. В двадцать три часа должна появиться дежурная по этажу и выгнать постороннего из номера.
Он сверлил мрачным взглядом дверь люксового номера, еле сдерживая себя от ярости. Неожиданно из номера вышел Лукашин с понурым видом и направился к лифту.
Фархад вынул из кармана смартфон и позвонил: – Мустафа, этот репортёришка направляется к выходу. Сделай так, чтобы он надолго забыл дорогу к моей девушке, – требовательно произнёс он.
Вне себя от негодования Фархад вошёл в номер. Полураздетая Светлана лежала поверх покрывала на кровати.
– Зачем тебе нужен этот парень? – сквозь зубы процедил он. – Ведь у тебя есть я.
Девушка нахмурилась.
– Уходи. Ты уже надоел мне своим приставанием, – надменно и цинично выговорила она.
– Мне неприятно это слышать, – с огорчением и раздражением произнёс он. – Ты ещё не знаешь меня. Я могу пойти на крайность.
– Неужели? – засмеялась она, сверкая изумрудными глазами. – Это угроза?
– Только напоминание. Ведь мы связаны одной верёвочкой. Ты забыла?
Светлана встала с кровати и надела платье.
– Соглашение наше помню, – тяжело промолвила она и её большие глаза блеснули двумя холодными льдинками.
Уловив её бездушный взгляд, он скривил кислую гримасу.
– Ну ладно. Угрожать не собираюсь. Хочу, чтобы была со мной по доброй воле.
– В таком случае, слушайся меня, не перечь. Делай то, что я скажу, – резко проговорила она.
– Слушаю тебя, моя королева. Ты ведь знаешь, я готов за тебя жизнь отдать, – солгал он.
– Не нужна мне твоя жизнь, – нахмурилась она и села в кресло. – Ты зачем спалил мой дом и автомобиль? Ведь я сразу догадалась, кто это сделал.
– Я всё компенсирую. А сжёг его ради твоего же блага.
– Ты хочешь, чтобы я вернулась к отцу. Так знай, этого не будет никогда, пока он живёт в том доме.
– Не огорчайся, моя королева. Для тебя я построил огромный особняк, который не хуже дворцов крупных чиновников из правительства.
На её лице мелькнула лукавая усмешка. – И где же он?
– Поехали, покажу.
– А какой в этом смысл? Ведь я не люблю тебя, – сказала она, делая ему больно
Мужчина смотрел ей в глаза. – Было время, когда ты делила со мной пастель. И тогда не любила?
– Не знаю, – вымолвила она и пожала плечами. – Но теперь наши отношения зашли в тупик. Фархад, мы разные люди и не сможем быть вместе. У нас нет будущего.
– Ты слишком молода и мало что понимаешь в жизни?
– Увы. Кое-что поняла. Поэтому уходи.
– Дай время и я докажу что ты не права.
– Прошу уйди, – в резком тоне заявила она.
Фархад от волнения покраснел, скулы напряглись. Он готов был на неё наброситься и избить. Но тогда он потеряет всё.
– Да пойми же меня, ведь я люблю тебя, – от внутреннего напряжения он судорожно сглотнул слюну.
Читать дальше