Когда-то очень давно, лет двадцать назад, полностью окунувшись в научную деятельность и ответственную работу руководителя, он потерял свою единственную любовь. Петр Семенович не забыл тот далекий декабрьский вечер, когда худенькая Лиза в цветном платочке и модном синем пальто стояла возле памятника, олицетворяющего искусство и просвещение, и грела дыханием свои замерзшие почти детские ладошки. Из-под платка выбилась прядь каштановых волос. Пухлые щечки раскраснелись на морозе, а зеленые глаза с поволокой смотрели на него нежно и с теплотой.
– Лизонька, давайте пройдем с вами куда-нибудь – например, зайдем в кафе, попьем горячего душистого чая, а к нему возьмем пирожных, согреемся и поговорим.
– Хорошо, Петр Семенович.
Лиза работала лаборанткой в его институте. Здесь начальник и заметил подчиненную.
В чайной он помог снять девушке пальто, посадил ее за близстоящий столик. Испив первый глоток чая, Петр совсем успокоился.
– Лизонька, я уже давно наблюдаю за вами, вы исправно ведете свою работу, и я предполагаю, что и как девушка вы такая же благоразумная и порядочная, и вообще просто замечательная. Я хочу предложить вам дружбу. Нет, я хочу выйти за рамки простой дружбы, я ищу девушку для серьезных отношений, и, похоже, я такую девушку уже встретил. Это вы! Что вы на это скажете?
Девушка пожала плечами. Мужчина был старше ее лет на пятнадцать. «Ну не так он уж и стар», – подумала она.
– Ну, пожалуй, попробуем.
– Замечательно, я приглашаю вас к себе домой. Моя мама будет очень вам рада.
В домашней обстановке строгий и важный Петр Семенович превратился просто в Петю, веселого милого парня с тонким чувством юмора, лет тридцати семи, компанейского и располагающего к себе.
Лиза сначала стеснялась, долго расчесывалась в прихожей комнате у зеркала, висящего в рамке на стене, но Петя нежно взял ее под локоть и провел в гостиную. С мамой она только что познакомилась в прихожей и сейчас просто села на диван за стол. Он был заставлен всякими яствами, и Лизонька тут же забыла, что в гостях, и стала пробовать закуски. Мария Степановна, мама Пети, мило улыбалась, угощая девушку, подкладывала ей салаты, отбивные с картошкой и котлеты. Петр не мог нарадоваться гостье и забыл про свой голод.
– Мама, я сам в состоянии поухаживать за Лизонькой.
– У тебя был трудный день, Петя, лучше хорошо поешь, тебе опять завтра на работу, как всегда, убежишь, не позавтракав.
– Ну, полноте, мама, давайте лучше обогащаться духовной пищей.
Пока девушка пробовала маринованные грибочки, мать подала знак сыну, и они вышли из комнаты на кухню.
– Она тебе не пара! – четко отчеканила мать.
– Почему! Что она тебе плохого сделала, мама?
– Она просто ребенок, тебе нужна женщина, уверенная в себе, взрослая и занимающая определенное место на социальной лестнице.
– Это, типа, начальник какого-нибудь отдела?
– Да!
– Мама, мне это неинтересно, и я пошел к гостье, мы ее бросили совсем одну, а это нехорошо.
Петр открыл дверь в гостевую. Девушка стояла у полки с электронными книгами.
– Можно я возьму эту? – спросила она входящего. – Эта книга со стихами Анны Ахматовой.
– Это любимая мамина книга. Возьми, Лизонька, возьми, конечно, мой ангелочек.
С того вечера Лиза Флорова больше не встречалась с Петром Семеновичем. Она всячески его избегала, и он не мог даже себе представить, что их разлучила собственная мать. Она позвонила девушке, когда сына не было дома, и сообщила ей, что у Петра Семеновича уже есть невеста, и даже назначена дата свадьбы, и они с сыном ждут не дождутся, когда она прилетит из Англии.
Время шло, и стало понятно, что старая женщина ее обманула, так как Петр Семенович так и остался холостяком, но Лиза увлеклась коллегой по лаборатории и вскоре вышла за него замуж.
Сколько ни искал себе жену Петр, всех сравнивал с Лизой. Так однолюбом и остался на всю жизнь. Но это пугало его еще больше, ведь мама была больна, и с ее смертью черная дыра одиночества засосала бы его навсегда и бесповоротно.
В дверь постучали.
– Да-да! Войдите!
Харитонов, поздоровавшись, вошел в кабинет.
– Петр Семенович, войдите в мое положение, у меня умирает жена. Можно я несколько дней побуду с ней? Образцы мертвой ткани я взял, с ними работает Дези.
– Дези? Кто это?
– Это, это… это моя лаборантка, это ее прозвище. Так мы называем ее между собой.
– А она точно справится?
– Справится, не сомневайтесь!
– Идите, Эдик, домой, отоспитесь. Я вижу, как вам тяжело.
Читать дальше