Эль Грин - Субстрат [СИ]

– Да, он под подушкой. – Я начала волноваться и вперилась взглядом в стальную дверь, как будто прямо сейчас Рэй вломится сюда и убьет меня- А с чего ты взял, что он придет?

– Я слышал, как он говорил о тебе. Твой отпор его заинтересовал и теперь он говорит что тебя стоит проучить, показать тебе и другим девушкам, что вы должны быть более покорными и помалкивать.

– Что? Да он что совсем сбрендил? Почему он не может просто забыть черт возьми?! – Я чувствовала как дрожит голос, я была зла и напугана, какого черта меня нельзя просто оставить в покое.

– Успокойся, хорошо? Просто жми кнопку если он придет. Все будет в порядке, я обещаю.

– Хорошо. – Я плюхнулась на кровать, почему-то внезапно почувствовав себя как старуха, которой тяжело просто стоять.

После того как Адам вышел за дверь ко мне на кровать подсела Мия, она держала в руках сверток, врученный Адамом. Только сейчас вспомнив об этом я потянулась к своему и мы вместе развернули их. Внутри лежали одинаковые хлопковые костюмы, но мы им радовались как радуются платьям на выпускной все девчонки в мире. Кажется я была счастлива просто от того, что теперь у меня есть хотя бы какая-то чистая и новая одежда. Мия была воодушевлена не меньше меня, и чтобы отогнать мысли о Рее мы устроили целый показ мод, позируя, посылая воздушные поцелуи и смеясь.

Почти весь тот день мы проболтали, предполагая, что нас ждет дальше. Я сидела обнимая колени и положив на них подбородок. Так хорошо было иметь подругу, с которой можно вот так сидеть и просто говорить обо всем. Она рассказывала о том, какой ее жизнь была до начала нападений. Я с удивлением слушала о ее первом годе в университете, она собиралась стать врачом. В свою очередь она еще больше удивилась, услышав что я была старшее нее на два года и мне оставалось не так долго до окончания факультета журналистики. Я много рассказывала ей о Зои, о том как сильно она любила все, что было связано с человеком пауком, а я не могла устоять и тратила все свои деньги, покупая ей всякие безделушки и одежду с его изображением. Я рассказывала ей о своих маме и папе, о нашем доме, о том, как папа обожал готовить, но получалось у него это из рук вон плохо, но мы с сестрой всегда ели его стряпню даже не кривясь. Мама же в открытую говорила ему, что кухня это точно не его призвание. Рассказывая это я все сильнее чувствовала как же все-таки скучаю по ним, так что сердце как будто сжимается в тисках, не давая вздохнуть.

Мне нравилось открываться Мие, а она в свою очередь была прекрасным слушателем.

– Ну что ж, хочу поздравить тебя, твои ноги заживают удивительно быстро! – Док выглядел действительно довольным тому, как выглядят мои ступни – Если ты не будешь делать глупостей и дальше- Он посмотрел на меня, приподняв бровь- то сможешь безболезненно передвигаться уже через неделю.

– Не сказала бы, что я и сейчас ощущаю какой-то дискомфорт, Брен. Но спасибо за доверие, я всего то один раз пыталась убежать, а на мне уже навешен ярлык непослушной девчонки? – Я не злилась и не язвила, меня скорее забавляло то, что док каждый раз напоминал мне вести себя как паинька.

Если бы я и надумала убежать вряд ли смогла бы сделать это, да и теперь я не могу действовать в одиночку, потому что несу ответственность и за Мию тоже.

Я обернулась через плечо, чтобы посмотреть на нее. Девушка выглядела совсем не так расслабленно как я, мне кажется ей даже вселял ужас медотсек.

– Эй, что-то случилось?

Она дернулась от неожиданности, словно глубоко погрузилась в собственные мысли, а я выдернула ее в самый неподходящий момент.

– Нет, нет. Все в порядке.

Она сидела сгорбившись на соседней от меня койке, свесив с нее ноги. По ее телу и рукам тут и там были приклеены датчики, что-то сканирующие. Мне было интересно зачем это все, но я уже догадывалась каков будет ответ дока, если я спрошу. Думаю он сказал бы то же самое, что и всегда: «Нам просто нужно знать, что вы здоровы». Только к чему это все, черт возьми, нам никто так и не говорит.

Уже целую неделю я теряюсь в догадках о нашем будущем. Мы просто ждем чего-то, едим пресную кашу, ходим в душ и медблок и ничего более. Адам не спешит делиться со мной какими то новостями и я его почти не вижу. За всю неделю его лицо мелькнуло всего пару раз, но мы ни разу не оставались наедине, чтобы я могла спросить у него наконец-то о том, что меня терзает.

Последние дни мне становилось все хуже от мыслей о тех, кто остался там, снаружи и что с ними там происходит. Где Кей, ищет ли он меня, жив ли он вообще. Где Зои, что с мамой и папой. Из-за этой серой рутины и полного отсутствия чего-либо еще мы постепенно впадали в уныние и отчаяние, как животные, ждущие своей очереди на скотобойне.