Эль Грин - Субстрат [СИ]

– Она очень похожа на кое-кого, но я не уверена. Она в порядке? Вы знаете ее имя?

– К сожалению нет, имени я не знаю, но думаю ты сможешь спросить у нее сама. Она как раз пришла в себя в ту ночь, когда ты сбежала, впервые за все время и мало что успела сказать, прежде чем вновь впала в беспамятство. Эти два дня у нее был жар и бред, я сам честно сказать не совсем понимаю что с ней. Я ведь раньше был обычным терапевтом. В любом случае ей уже лучше, организм восстанавливается, сейчас она спит. Думаю в скором времени она очнется и ты сможешь поговорить с ней. Только прошу тебя, будь с ней помягче, вспомни как ты впервые открыла глаза здесь.

Я несколько раз моргаю, пытаясь понять, почему он просит быть меня помягче, но все равно киваю головой в знак согласия. Затем у меня в голове возникает вопрос, который я хотела задать и раньше:

– Как вас зовут?

Док немного хмурится, затем улыбается, словно ему приятно отвечать:

– Брен, или доктор Уолтерс, как тебе будет удобней.

– Спасибо. А я Ри.

– Какое интересное имя, это сокращение?

Я просто киваю, но не спешу рассказывать, не люблю называть свое полное имя чужим людям.

– Так- док смотрит на наручные часы, будто пытается что-то просчитать в уме- ох, осталось полчаса до отбоя, а ты еще не ела. – Док встает с кровати, спешно удаляясь и кидает вслед- Скоро вернусь с едой, думаю ты изрядно проголодалась.

Я сглатываю, моментально ощущая как желудок сжимается, оповещая, что я и впрямь очень голодна.

Ждать приходится совсем недолго прежде чем Брен возвращается с пакетом еды и водой. Я еложу на кровати, пытаясь как-то принять положение, в котором будет возможно покушать или попить, но ремни туго держат все мое тело на месте, так что я почти рычу от злости и откидываюсь обратно на матрац.

– Я немного поменяю твои крепежи так, что отныне ты сможешь сидеть и даже приподниматься, чтобы самостоятельно сходить в туалет. Все необходимое уже под твоей кроватью.

Дока ничуть не смущают его слова, в тот момент когда я уже вся залилась краской от того, что придется справлять нужду у всех на глазах. Он постепенно снимает одни ремни за другими, убирая их с кровати и теперь надевает на меня кожаные наручники на цепях, закрепляя их на моих запястьях. Я радуюсь хотя бы тому, что теперь, благодаря длине цепей, я могу спокойно сидеть, могу даже сама есть, не испытывая сильного дискомфорта. Мне почему-то хочеться поблагодарить его за это.

– Спасибо.

Док отвлекается от распаковки еды и удивленно смотрит на меня:

– За что?

– Ну, вы добры ко мне, хотя и не обязаны.

– Не за что, я просто делаю все, что в моих силах.

Он постепенно выдает мне одну тарелку за другой. Еда теплая и нормальная, это не тот кошмар из автоматов и не сухпай, которым я привыкла питаться, это еда, которая готовилась на кухне. Я с удовольствием поедаю все, овощи, мясо, даже когда желудок уже забит до отказа, я все равно беру яблоко и жую его, пока не ощущаю, что уже точно стоит остановится.

Брен сидит рядом все это время, сохраняя молчание. Когда я наконец наедаюсь и откидываюсь на спинку, он собирает тарелки и складывает их обратно в пакет.

– Теперь мне пора уходить, вернусь утром с завтраком. Спокойной ночи.

Безрадостно вздыхая, опускаюсь на кровать, а док выключает свет во всем помещении. Я спала так долго, что мой мозг теперь отчаянно отказывается сбавлять обороты и в голове мечется целый хоровод мыслей. Я думаю обо всем сразу, увижу ли я когда-то Кея, маму с папой, Зои. Я думаю о девушке, которая лежит в паре метров от меня, думаю это ли Мия. Вспоминаю слова Сэйди, которая предупреждала меня, что меня точно схватят, а я была упрямой и наивной, полагая, что меня это не коснется. Но больше всего я думаю о том, что было в лесу, думаю о черных с золотом крыльях, которые ломали ветки, о руках которые держали меня, поднимая вверх. Думаю об ангеле, о его интенсивном взгляде, когда он изучал меня в моем сне. Я уверена, что это он спас меня, снова, в лесу, эти черные с золотом крылья могут принадлежать только ему. Но зачем он вернул меня обратно сюда? Я не понимаю его, он помогает мне, что совершенно нетипично для таких как он, но все же не отпускает. Больше всего мне интересно действительно ли он был в моем сне и зачем спас меня в лесу от поискового отряда, если все равно сам поймал меня и принес обратно.

Я слишком много думаю о нем и это мне не нравится, поэтому заставляю себя прекратить этот поток воспоминаний и анализа всех его слов и действий и закрываю глаза, концентрируясь на окружающей темноте. Со временем голова тяжелеет, темнота сгущается и я закрываю глаза, засыпая.