Андрей Васильев - Темные пути [СИ]

Тот же вопрос, похоже, занимал и Милу, которая уставилась в глазок как раз в тот момент, когда я распахнул дверь и остановился на пороге ванной, находящейся аккурат напротив входа в квартиру. Странная планировка, кстати, никогда такой не видел.

- А она тут что делает? — удивленно пробормотала девушка и щелкнула ключом.

Ну, «она» автоматически означает приход дамы, значит мне опасаться точно нечего. По крайней мере пока за мной маячит тень Марфы.

А секундой позже в квартиру ворвалась Воронецкая, как всегда элегантная и, судя по бледному лицу, привычно обозленная на весь мир.

- Добрый день — пискнула Мила, которую чуть не пришибло распахнувшейся дверью.

- Здорово — помахал и я рукой своей то ли бывшей, то ли все-таки еще действительной напарнице, по-прежнему вороша волосы полотенцем — Ты чего такая замороченная?

- Жизнь такая — Стелла процокала каблучками по плитке пола, подходя ко мне — Не дает покою. И окружающие меня люди то и дело радуют, не знаешь, чего от них ждать.

- Сама виновата — резонно заметил я, поворачиваясь и бросая полотенце на край ванной — Как ты к обществу, так и общество…

Договорить я не успел, поскольку ведьма, поджав губы, со всего маха отвесила мне пощечину.

- Ну, давай, общество — она развела руки в стороны, прикрыла глаза и вытянула голову вперед, как бы подставляя его под удар — Ответь мне тем же.

- Глупости не говори — попросил я ее — Делать мне нечего.

- А, так ты у нас добренький — Воронецкая злобно засопела, снова распахивая глаза — Ты у нас самаритянин. Ты… Стоп!

Она провела пальцем по свежим царапинам, оставленным на моем плече новой знакомой, резко развернулась, стремительно приблизилась к Миле и немедленно вцепилась ей в горло пальцами правой руки, причем настолько сильно, так, что у девчушки сразу дыхание перехватило.

- Кто велел? — жестко осведомилась Стелла у своей жертвы, вдобавок придавив ее к стене — Кто? Изольда? Говори, тварь! Куда кровь дела? Куда спрятала?

- Кхххаааа — сипела ведьмочка, дергаясь всем телом — Фхааа!

- Стелл, ты чего? — мне стало не по себе, я осознал, что моя приятельница сейчас на самом деле эту бедолагу придушит — Отпусти ее! Совсем сдурела?

- Заткнись, ущербный — свирепо рыкнула Воронецкая — Навязался на мою голову! Говори, мразь, куда кровь дела?

- Нехххеее — мотала головой Мила, глаза которой выкатились за пределы, отведенные ей природой — Нееееехххххх!

Стелла испытующе посмотрела на девчушку, которая уже почти перестала дергаться, свесив голову на плечо, и наконец разжала пальцы, после чего ее жертва мешком осела на пол.

- Ну, если соврала — негромко сказала она Миле — Пожалеешь, что сегодня не сдохла, уж поверь.

Бедная девчушка, которой за последний час неприятностей, скорее всего досталось больше, чем за всю предыдущую жизнь, только что-то невнятно просипела.

Воронецкая тем временем цапнула ее руку, а после внимательно изучила пальцы, особенно ногти. Надо заметить, что она обращалась с коллегой по цеху как с манекеном, не особо интересуясь ее мнением по данному поводу.

- Правой она тебя? — уточнила у меня Стелла — Да? Слушай, а с чего? Не смог по-хорошему уговорить? Хотел силком взять?

- Да пошла ты — начал сердиться я — Вот неделю тебя не видел, так знаешь, как мне спокойно жилось!

- Уж в курсе — Стелла двинулась к ванной комнате, не отпуская при этом руку все же сомлевшей Милы. Смотрелось это довольно забавно, прямо как в кино — Рассказали.

Мама. Ее работа. Вот теперь мне понятно, как Воронецкая пронюхала, где именно меня искать.

- Ладно бы кто другой — доносился до меня голос Стеллы, который в какой-то момент начала заглушать льющаяся вода — Но Изольда! Она же старая и толстая! Что дергаешься, дура? Это же не ты говорила, а я, ты это только слышала. Хотя да, Маковецкая тебя за одно это на куски порежет, она может. Ну, такая, значит, у тебя судьба.

Маковецкая. Красивая у моей новой пассии фамилия, ничего не скажешь. Ей идет.

Я заглянул в ванную и увидел, что Стелла намылила пальцы на руке Милы, а теперь вертит головой, что-то разыскивая. Ответа на вопрос «что именно» долго ждать не пришлось, поскольку лицо моей приятельницы осветила ехидная улыбка, следом за этим она цапнула зубную щетку из стаканчика, стоящего на полочке, и начала ей орудовать, вычищая что-то из-под ногтей своей соплеменницы. Принадлежность щетки сомнений не вызывала.

Впрочем — почему «что-то»? Судя по всему, мою кровь. Уж не знаю, с чего Воронецкая так всполошилась по данному поводу, но, полагаю, смысл в происходящем точно есть.